И Клод каким-то образом осознал, что исправить это под силу только ему. Он снова натянул лук, но в этот раз совсем по-другому. Сейчас у его действий, абсолютно таких же с виду, и цель и смысл были просто противоположными. Клод чувствовал, что его действия полны смысла.

Облака заклубились быстрее, в тучах мелькали темные угрожающие силуэты, небо будто спешило выплюнуть нечисть на Город, пока Клод не поразил ее стрелой в сердце. Где у нечисти сердце, было не очень понятно, но Клода это не смущало. Он знал, что главное здесь не направление, а намерение.

Молодой человек плавно натянул тетиву и выстрелил. Тетива зазвенела особенно громко, а стрела помчалась прямо в черноту. Тьма отступила. Тучи начали рассеиваться, и вдруг на горизонте, за пределами Города, за краем леса, показалось солнце. Клод счастливо улыбнулся. Он достал из колчана, висевшего на поясе сзади, еще одну стрелу, и выпустил в сторону сияющего диска. На этот раз тучи на ее пути полностью расступились, и солнце засияло ослепительно ярко. Клод счастливо улыбнулся, закрыл глаза и… проснулся.

Первым делом он нащупал лук и покрепче прижал его к груди, все еще довольно улыбаясь. Полежав так полчасика, Клод встал и собрался на работу, но потом передумал идти туда сразу. Вначале он сходил к стене в Городе Зимы. Молодой человек не собирался забираться на стену — перед работой это не имело смысла — Клод представлял себе, что потом станет с его одеждой! Просто ему хотелось там немножко побродить. Конечно, от его дома идти было не очень-то близко, но это его не смущало.

На работе ничего интересного не происходило. Клод дописал статью про магов и расписание их работы, а потом переоделся в спортивный костюм и пошел тренироваться в лазании по стенам. На этот раз получалось у него гораздо лучше.

Завтрашнего дня он ожидал с нетерпением, потому что должен был быть готов его костюм.

Во сне Клод снова не сразу увидел рассвет, но теперь он знал, что делать. Как только ощущение угрозы нависло над Городом, он выстрелил в тучи, и те расступились. Вслед за первой стрелой он послал вторую, просто приветствуя солнце, и оно засияло ослепительно ярко.

Лук молодой человек всю ночь сжимал в руке, и под утро ему было очень тяжело оставлять его дома. На самом деле, уже дойдя до конца своей улицы, Клод развернулся и бегом бросился обратно — он внезапно решил взять оружие с собой. На работе луку несколько удивились но, впрочем, особо комментировать не стали.

Клод положил его рядом со стулом и время от времени трогал рукой, чтобы убедиться, что он все еще там.

Он с трудом дождался обеда, чтобы забрать свой новый костюм. Костюм он надел там же, в примерочной у портного, и домой шел с гордо поднятой головой, под удивленными взглядами прохожих. Вечером Клод собрался было лечь спать, но потом ему пришло в голову, что сегодня, когда наконец он полностью соответствует своей новой роли, стоит посмотреть, что будет, если встретить восход солнца на стене. Клод наскоро поужинал, взял веревку с «кошкой» и кое-какие вещички и отправился в Город Зимы.

Наверх он полез не сразу. Дождался, когда пройдут запоздалые прохожие, огляделся — вокруг никого не было, и только потом закинул крюк. На стену он вскорабкался достаточно легко — тренировки сказались.

Там Клод осмотрелся — все было именно таким, как во сне. Деревья, Город, темное небо. Правда, сейчас небо страшным совсем не казалось — оно было затянуто тучами, но совершено обычными, а не теми, что угрожали во сне.

Клод немного походил туда-сюда, а потом задумался над тем, что делать дальше. Ходить взад-вперед всю ночь ему не очень-то хотелось. То есть, когда он сюда шел, молодой человек именно так и намеревался поступить, но сейчас он понял, что это мало того, что глупо, так еще и холодно. К счастью, он додумался захватить с собой одеяло. Клод достал его из рюкзака и накинул на плечи, думая о том, что напрасно он не взял с собой термос с чем-нибудь горячим.

Непонятно было, сколько он просидел, закутавшись в одеяло, но в какой-то момент глаза у него начали слипаться. Клод боролся с сонливостью, сколько мог, но вскоре сдался и лег на стену, свернувшись калачиком, чтобы ноги не высовывались из-под короткого одеяла. До рассвета оставалась уйма времени, можно было и поспать.

Разбудило его громкое ржание над ухом, а потом цокот копыт.

— Мать твою за ногу! — выругался хриплый голос совсем рядом.

Клод вскочил и схватился за лук, озираясь.

Прямо на стене, в полуметре от него, гарцевал серый конь со всадником на спине. Лица всадника не было видно за широкополой серой шляпой, торчала только седая борода.

— Нашел место, где разлечься! — недовольно сказал тот, придерживая жеребца. — Мог ведь под копыта попасть!

— Я… я здесь спал. Извините! — Клод сбросил с плеч одеяло и зевнул.

— А что, дома этого сделать было нельзя?

— Можно, — Клод посмотрел на небо — до рассвета оставалось совсем немного времени, уже светало. Никаких туч не было видно. — Но мне хотелось именно здесь поспать.