Клык включил фонарь на оружии, освещая логово. Глеб подстать ему. Оба выхватили упыря под одним из выродков. И тот ещё шевелился, истекая кровавой слизью. Она воспламенялась, и раны запекаясь, затягивались. И если так дело дальше пойдёт вот-вот оживёт.

— Вяжем…

Ёбыр решил: приматы собрались его — огрызнулся. Обошлось. Повезло — и им взять хабар живым. Оставалось выбраться из логова, а затем и пекла Преисподней в Ад. Легче подумать, и даже сказать, но вот осуществить, когда на выходе располагается туша с сомкнутыми челюстями звероящера.

В неё и разрядил Глеб очередную обойму дробовика. И ни те царапин, ни пробоин — вообще никаких изменений. Глаза закрыты, точно пасть. Пришлось оставить гранату. Грохнуло гулко. Даже сквозь закрытые ладонями уши просочился звук.

— Проще свод над головой обрушить, — заметил к слову Клык.

— И сами закапаем здесь себя как в братской могиле, — отказался от данной идеи наотрез Глеб.

Ёбыр предложил пробиться сквозь плотно слежавшиеся пласты пекла вручную — откопаться.

— Интересная мысль, и как ты представляешь это себе? А сделать удастся? Руками не получится!

Упырь указал приматам на останки выродков — их бивни-клыки. Из них было реально соорудить нечто наподобие кирки. Выломали и принялись долбить породу точно шахтёры. Быстро стёрли и затупили их.

— И чё терь, а дальше делать нам? — проявил нетерпение Клык.

Пока люди спорили и ссорились, упырь занялся тем, чем обычно любое отродье при наличии в избытке добычи — напился крови. И смачно отрыгнул. В ответ Глеб плюнул. Каждый остался при своём сугубо личном мнении. И никаких иных разногласий или вражды — даже намёка. Все в одном положении — и незавидном… их участь, останься они здесь дальше и дольше. Не хватало воздуху — заканчивался кислород.

Выродок звероящера зашевелился, реагируя на лазутчиков, пытаясь вскочить на лапы и… крылья также были спутаны.

— А что если нам использовать его в качестве того, кто откопает нас? Важно направить… — ткнул Клык на свод, нависающий низко над головой, из-за чего лазутчикам в ином месте приходилось сильно горбиться и наклоняться, опуская голову на грудь.

Ёбыр согласился. Глеб уступил им. Измазав кровью свод, призраки освободили выродку пасть. Мелочь звероящера оголодала, поскольку не стала слизывать кровь, впитавшуюся в грунт, а вонзила в неё клыки, выхватив кусок запёкшейся породы.

Диверсанты снова повторили данную процедуру раз, а затем ни раз, пока, наконец, выродок не набил утробу, и больше не пытался грызть гранит.

— Без гранаты не обойтись, командир… — настоял Клык на применении иного взрывного устройства ручного образца.

Снова гулко грохнуло. Дышать было нечем, люди закашлялись, кинувшись к пролому свода, упырь опередил их, его и подсадили, толкнув головами в то место, куда попали сами изначально, загнав себя сюда. Заорали. Вот только Ёбыр очутившись на поверхности, а Глеб с Клыком по-прежнему в логове, послужив им, как и прежде глазами и ушами. Огляделся. Нигде никого и ничего, если не брать в расчёт горы трупов разбросанных по всей округе и чаще разобранных и разорванных на куски по конечностям.

— Хабар… — зарычал Ёбыр.

Его вытолкнули — Клык. Упырь продолжал сидеть на нём, пока тот не скинул его, и помог выбраться Глебу. Не забыли и про выродка оставшегося в логове, но это маленькое чудовище весило прилично — без вьючной твари не обойтись. Раздобыли, поймав одну из тех, что принадлежали исчадиям. А потом иное порождение. И были заслугой упыря. Вожак отродий нагрузил их хабаром.

— Брось, упырь! От Ёбыр! Уходить надо — налегке! Спешить! — опасался Глеб новой встречи с хозяевами Преисподней.

Упыря не переубедить — отродье.

— Как знаешь, а поступай! Но если что — помощи не жди! — дал понять Глеб: не собирается подыхать, пусть и записался в ряды смертников Адского легиона. Чем поражал не только Ёбыра, но и Клыка. Те вступили туда из-за безысходности собственного незавидного положения, а вот причина спецназовца до сих пор оставалось загадкой и тайной, не поддающихся осмыслению. Как и все его действия, а всегда, и держал их при себе и всё в секрете.

Обратный путь был короче и проще — лазутчики двигались по тому же самому маршруту, где недавно прошла колонна БМД, и везде сплошь и рядом попадались разрушенные пепелища пожарищ и кострищ. Опасность представляли не отродья с исчадиями, а порождения из числа падальщиков и стервятников. Но отпугнуть их большого труда при наличии огнестрельного оружия и гранат не составляло. Если не брать в расчёт Ёбыра. Упырь сильно тормозил их, поэтому Глеб один раз поступил нелогично для отродья — сделал вид, будто промахнулся мимо преследовавшей их своры тварей, и подстрелил вьючную животину упыря, а затем во второй раз, заявив, будто спутал с преследователями. Отстрел каравана упыря и дальше бы продолжился спецназовцем, если бы призраки не напоролись на разъезд погонщиков из числа исчадий, и вовремя скрылись от них, покинув караван.

— Вай… мой хабар!.. Беда… Я разорён!.. Хули…ган… твоя Глыба!.. А-а-а…

Так и вопил оставшийся отрезок пути до заставы, пока на его вопли не отреагировали призраки из числа стражи на подступах у скрытого блокпоста.

Прогулка смертников по тылам противника увенчалась небывалым успехом. Глеб настоял, чтобы Громов связался с живодёрами и сообщил торгашу-казначею отрадное известие — ждёт его возвращения на обратном пути.

Как не хотелось Жиже следовать прежним маршрутом в столицу пекла, но пришлось завернуть, сделав незапланированный крюк. Он-то надеялся: призраки исчезнут в землях исчадий бесследно, а напротив удивили. Но ему всё равно было о чём поговорить с ними и даже кое в чём уступить. Нечасто в этом мире объявлялись свои герои, умеющие держать данное слово, чего бы это им не стоило и чем бы ни грозило.