Её облик начал понемногу стираться из памяти. Дурной знак, но задумываться о том сейчас не стоило, а готовиться к обороне заставы. Факт оставался фактом — нашествия демонов из мести не избежать. Исчадия явятся истреблять людей без меры и в аналогичном количестве.

— БАСТИОН —

— Ты не будешь против, комбат, если я немного похозяйничаю на заставе с целью выявления наиболее удобных позиций для установления крупнокалиберного вооружения? — поинтересовался Глеб между делом.

— А что не так и тебе не нравится здесь у меня?

— Да всё и кругом не то!

— Ох ты! Вот так прямо — в лоб?

— И лучше я да на словах, чем черти с демонами на деле, а выбьют нас отсюда при первом же обычном навале.

Спецназовец удивил.

— Смотри сюда, — успел Глеб по привычке сделать наброски на лист блокнота от руки — без планшета с бумагами и химического карандаша, заточенного с обоих концов никуда. Вот и здесь занялся тем, чем обычно профессионал-разведчик, а по жизни лазутчик-диверсант.

— Ну давай, выкладывай, что тебя не устраивает, — согласился комбат выслушать доводы призрака.

— Мы знаем, что у исчадий с отродьями имеются пехи — своего рода пешки подстать пушечного мяса. Их они — чертей — и бросят в разведку боем. Так нам даже её здесь не обить — пулемёты установлены невпопад, когда направление атаки известно заранее — рубеж преисподней наиболее опасный, но и иные в случае окружения заставы окажутся ими по увеличению исчадиями фронта атаки для растягивания наших и без того малых сил!

— Намекаешь на прорыв?

— Вот именно! Они не столь примитивны, как мы думаем про них, и уже ни раз убедился в этом: схватывают всё налету! Кстати, и про асов на стервятниках не стоит забывать! Нагрянут сверху нам на головы! Мы не контролируем воздушное пространство…

— Короче, ближе к делу и по существу, — настоял комбат.

— Лады, можно и короче, а некуда, — кивнул утвердительно Глеб. — Предлагаю собрать главную ударную силу в центре заставы и перекрыть все возможные сектора мёртвых зон, а заодно бастионов на манер редутов, выдвинутых чуть вперёд за пределы с пулемётными гнёздами на углах…

— Ни хая се, а нихера не понял! Ты чё городишь, призрак? Какие нафиг бастионы и выдвинутые за периметр? Ты видишь их, когда я — нет!?

— Вот и я о том же самом — почему нет? Не предусмотрел, когда очевидно? Тем более теперь при наличии дополнительных АГС и КВПТ?

— Короче, выбил их ты — себе их и бери, а к ним людей получишь на расчёты!

— Эх, комбат… — вздохнул тяжело Глеб: ситуация на манер подземного поселения повторялась вновь уже на заставе. И Громов ничем, по сути, не отличался от тамошнего коменданта.

— Могу я рассчитывать на помощь со стороны отродья?

— Упырей!?

— Ёбыра…

— Да забирай!

— А порождений при них?

— С превеликим удовольствием!

— И ещё…

— А не жирно ли хватил?

— Нет, БМД для связи…

— На этот случай имеется полевая рация!

— И всё же, комбат…

— Подумаю, но ничего обещать не стану…

Его заявление можно было смело трактовать согласием, нежели отказом, просто требовалось время на раздумья — всё взвесить и обдумать.

— Во-во… — хлопнул Глеб по плечу по-дружески Громова. — Напряги мозги, пока это тебя иным образом не заставили сделать исчадия!

Выбрав удобный холм по соседству с заставой, Глеб решил закрепиться там, и обустроить всё по шаблону в прежнем поселении — подземные ходы и прочие фортификационные идеи Семёна.

Работа закипела. Прежде чем установить АГС с КВПТ на станы, предстояло расчистить для них площадки, а за ними отрыть пути отхода, чем и занимались упыри. Им и лопаты с ломами и кирками ни к чему — у них когтистые конечности лучше любого людского инвентаря и умели рыть по-собачьи, выкидывая толщи земли пекла из-под себя. А вот люди уже распределяли вывернутый грунт по площадкам, образуя возвышенности, и укрепляя их снаружи камнями — булыжниками да валунами.

Пыль над высоткой стояла столбом, из-за чего порой тех, кто иной раз бросал косые взгляды мельком на бастион призраков, ничего не могли разглядеть.

— Знают своё дело, — отметил про себя Громов. И вскоре решился проведать Глеба, прикатив к нему на холм.

— Это мне — спасибо, — принял спецназовец с распростёртыми объятиями комбата при виде БМД, с которого тот имел неосторожность спрыгнуть.

— У тя совесть есть, Глыба?

— А у самого, Гром? Я для кого стараюсь — для себя или тебя?