Оставаться Глеб не намеревался.

— Принцип… — проявил он принципиальность.

Тот чудом выжил и не из ума. Глеб наткнулся на него с гладиаторами под трупом чудища, как прошлым днём в зной тот с ним аналогичным образом за пределами стен лагеря. Наказал всем готовиться к дальнему походу, не взирая на предстоящую мглу.

— Луки, пики, даже заступы, но всё из чудищ! И доспехи! Шейте кольчуги!

Толмач вернулся.

— Кто позволил делить мою добычу, — проявил он шкурный интерес, уяснив, чем занимаются гладиаторы.

— А ты попробуй, отними! — пригрозил Глеб.

Толмач презрительно ухмыльнулся, и звонко хлопнул в ладоши. Тут как тут появился центурион.

— Авва, Луций! — приветствовал его Глеб, предложив разделить добычу поровну.

Принцип перевёл. Тот не стал слушать Гая. Гладиаторов отогнали от туш чудищ из мглы.

— Не дело делаете! — выкинул Глеб руку с пистолетом.

Его с гладиаторами окружили.

— Ещё одна подобная выходка и будете распяты! — заявил Вилий, объявив себя — Великим.

— Узурпатор… — процедил сквозь зубы Глеб. Отступил, но не уступил. За стеной также имелись твари, коим досталось от расчётов баллист. И пока римляне не догнали, он с гладиаторами опередил их, заявив, дескать, собирается совершить очередную дневную вылазку для разведывательных целей и нанесения новых участков местности на карту.

Виля усомнился, поэтому подстраховался, отправив с гладиаторами усиленный конный отряд.

Те задержались у рва, подбирая туши.

— Ай-яй-яй… — завизжал толмач.

Глеб всё-таки обошёл его. Но ничего не поделаешь — сейчас, а вот вернётся, тогда и поговорит несколько иначе, чем прежде. Почувствовал силу, забирая власть в свои загребущие ручки. Щёлкнул пальцами.

На призыв явился Луций. Ему и были переданы кое-какие распоряжения относительно отряда разведки.

С Глебом ехало около полусотни воинов. Сила по здешним меркам, но если учесть, что 2/3 составляли ромеи, и только 1/3 гладиаторы — в любой момент могла возникнуть вражда. Если одни вооружены классическим образом — щитами, шлемами и панцирями из кожи и металла, то иные — из чешуи и костей чудищ.

Глеб не раз кидал косые взгляды на соратников по оружию. Их численность уменьшилась с прошлого дня. Тогда их стало на два бойца меньше, этой же ночью на три. Не то что бы очень, но для его людей потеря ощутима.

Подозвав принципа, он упросил Гая потолковать с простыми воинами в конном отряде, который попутно с ними возглавляла знать — три патриция.

— Их даже не задевай, они мои — я отвлеку их, а ты переговори невзначай с их подопечными…

Принцип одобрительно кивнул, понемногу начиная понимать варварский язык, а Глеб в свою очередь немного овладевал латынью, пускай и не так быстро как хотелось бы, но уже что-то, чем вовсе ничего.

На привале и занялись с ним делом. Глеб увлёк троицу знати в сторону от основного места стоянки, указав на огненный выброс вдали среди земель пекла, остановившись на границе оазиса и показал на измазанный лоскут кожи, где наносил некие пометки для отвода глаз, а сам, пользуясь планшетом с тем же успехом, чертил настоящую карту местности, выясняя истинные границы оазиса, полагаясь не просто на глаз, а лазерный дальномер, определяющий с небольшой погрешностью для здешних мест то или иное расстояние.

На нём и получалась цепь огненного круга подобно аду. И что за ним — первым ожидает их, а очередная напасть — не сомневался, но дольше оставаться здесь было чревато тем, что случилось с иными ромеями и немцами за последние двое суток пребывания Глеба в пекле.

Меж тем Гай принялся подбивать всадников на бунт, склоняя их вступить в отряд мятежников. Те забили тревогу. Глебу со знатью пришлось спешно возвращаться. Но он всё-таки успел поразить их воображение огнедышащим фонтаном пекла — и не одним, а сразу двумя.

Это была удача, и неудача со сговором побоку. Хотя ситуация и впрямь вышла из-под контроля. Гладиаторы встали на защиту принципа, а всадники — знати, окружили бунтарей.

Численный перевес был на стороне ромеев, а в оружие и силе — гладиаторов. Что и подтвердил лишний раз Глеб.

На удачу подвернулась некая рыщущая тварь, отбившаяся от стаи иных своих чудовищных сородичей. Адским порождением пекла и предложил заняться спецназовец — устроить на неё примирительную охоту.

Загонщиками выступили гладиаторы, а вот тем, кому предстояло убить добычу — знати. На них они и выгнали тварь, оказавшуюся даже не монстром, а чудовищем. И с их земным оружием им ни за что не устоять против неё. Попутно увлекли за собой всадников.