Кайлеб постарался успокоиться и с легкостью помог ей выбраться из одежды. При тусклом свете настольной лампы она выглядела еще прекраснее. Чудесная оливковая кожа, нежный румянец на щеках, смущенный взгляд ослепительных зеленых глаз, прямые каштановые волосы, мягкими волнами ниспадающие на точеные плечи. Но больше всего его растрогала прикушенная нижняя губа. Он в течение нескольких минут не мог оторваться от ее рта, пока неожиданный вопрос не вывел его из мира грез и фантазий:

— Кайл, с тобой все в порядке? — она заглянула ему в глаза и тут же отпрянула, увидев на его лице отсутствующее выражение, плотнее закуталась в одеяло и забилась в самый дальний от вампира угол кровати.

— Почти в порядке, — хриплым голосом ответил он.

Выхода было два: либо прекратить это безумство, либо поддаться своей слабости и превратить фантазии в реальность. И он решил остановиться на втором варианте.

— Если я сделаю больно, скажи об этом сразу. — Попросил он, притягивая девушку ближе к себе и скидывая на пол одеяло. — Только не бойся меня.

Последняя фраза не то чтобы очень успокоила девушку, но она все-таки постаралась справиться с дрожью в теле, не имеющей никакого отношения к страху.

Кайлеб изо всех сил сдерживал себя, чтобы быть нежным. Он аккуратно целовал горло, ловя себя на мысли, что совершенно не думает о крови этой девочки. Его все больше волновало нечто иное.

Он положил Кэролайн на спину, а сам лег сверху, стараясь быть как можно ближе к ее телу. Она пыталась сосредоточиться на его действиях, но отчаянно стучавшее сердце и громкое дыхание не позволяли этого сделать.

— Открой глаза, моя хорошая, — прошептал он ей.

Девушка распахнула веки и уставилась на него затуманенным взором. Он хищно улыбнулся ей и, обхватив ладонями пылающие щеки, поцеловал.

Его губы двигались с небывалой нежностью, неспешно погружая девушку в блаженное забытье. Сладкое дыхание вампира ласкало пламенеющие щеки, в то время как сильные руки все крепче прижимали ее к себе. Он отчаянно цеплялся за реальность, стараясь сохранить жалкие крупицы самообладания, чтобы окончательно не потерять голову.

— Кэролайн, Кэролайн, Кэролайн, — словно молитву повторял он про себя имя девушки. Еще никогда он не чувствовал ничего подобного и это внушало страх. Он мог себе объяснить желание, потому как она была очень красивой девушкой, но остальное по-прежнему оставалось загадкой. Щемящая боль в груди от каждого ее стона, трясущиеся руки, потому как он боялся сделать ей больно, жар по всему телу лишь от легкого прикосновения к ней — все это не поддавалось логике, только чувствам.

— Я люблю тебя, моя дорогая, — на секунду оторвавшись от ее лица, прошептал он.

Кайлеб не мог с уверенностью сказать, что она расслышала эти его слова. Она лежала с зарытыми глазами и улыбалась, дыша очень часто. Он чуть приподнялся на руках, чтобы как можно лучше рассмотреть ее. Темные волосы, разметавшиеся по подушкам, щеки горят так, что румянец будет заметен даже в полной темноте, чуть приоткрытый рот, от которого он тут же отвел взгляд.

— Кайл, что-то не так? — тихо спросила она, боясь пошевелиться, и все еще лежа с закрытыми глазами.

— Нет, — одними губами прошептал он ей в щеку и чуть громче добавил, — Я просто любуюсь тобой.

Девушка с трудом сдержала глупый смех, рвущийся откуда-то из груди. Она чуть приоткрыла глаза, пытаясь хоть мельком увидеть его безупречное лицо с правильными чертами или поймать взгляд волнующих медных глаз, но не успела ничего заметить. Вампир обхватил ее руками за талию, потянул на себя и быстро перевернулся так, чтобы девушка оказалась на его груди.

— Ты так и будешь бояться посмотреть на меня? — спросил он, мягкой рукой убирая волосы с лица Кэролайн.

Она нехотя открыла глаза и хитро улыбнулась ему:

— Я ничуть тебя не боюсь, просто не знала, что ты собираешься всю ночь заниматься болтовней.

Он ответил ей не менее нахальной улыбкой и громко засмеялся.

— Болтовней? — спросил Кайлеб, садясь и заводя руки девушки за спину, — Мы еще посмотрим!

Он заглянул в ее зеленые кошачьи глаза и со всей страстью впился ей в губы. Она отпрянула от неожиданности, но в следующую секунду уже с удовольствием целовала его, вцепившись со всей силы ногтями ему в спину.

Кэролайн проснулась рано утром, но не смогла открыть глаза. Блаженное состояние, в котором она находилась, требовало только одного: Кайлеба и она потянулась в поисках его безупречного тела, но нащупала лишь пустоту. Она удивленно позвала его, по-прежнему пытаясь сохранить сонное состояние и не поддаваться панике.

— Его здесь нет, моя дорогая, — произнес тихий мелодичный голос, и Кэролайн увидела перед собой бездонные зеленые глаза.

"Арнетт" — она сразу же узнала женщину.