– И чего ему от нас надо? – в отчаянии воскликнул Михаил, ударив большими ладонями по рулю.

На заднем сиденье заворочался пьяный хохол и неразборчиво пробормотал:

– Тыщщу гривен. Не меньше…

– Если бы, – машинально ответил Михаил. И спустя мгновение все же улыбнулся. – Ну, Макс! Ну, зараза, ей-богу… Много бы я отдал, чтобы вчера не увидеть твою замерзшую харю! Ничего личного, просто теперь ведь мне придется, видимо, и правда до Крыма тебя везти… Надеюсь, больше эти огненные уроды не станут нападать.

– Сомневаюсь, – жестко сказал Долгов. – Уверен, они не просто по пивным банкам пострелять пришли.

– А зачем же? Колонизировать планету?

– Вот бы знать…

До Запорожья их остановили на трассе трижды. Два раза менты и один раз военный патруль. Максим выглядывал в окошко с сердитой физой и показывал на хохла, от которого разило так, что глаза резало. Стражи порядка махали рукой и пропускали горе-автомобилистов – им и без того забот хватало.

Возле Мелитополя Долгов задремал, скорчившись на пассажирском сиденье. Дуло нещадно.

Холодный воздух втекал струйкой сквозь небольшую щелку, заставив Максима поднять воротник штормовки. Ехать с полностью задраенными окнами, к сожалению, было невозможно: в салоне резко повышалась концентрация гнусного перегара.

Мобильник запиликал неожиданно и пронзительно.

Максим вздрогнул, резко открыл глаза. Спросонья ему показалось, будто случилась катастрофа, и в машине разом вылетели все стекла. Тряхнув головой, он сфокусировал зрение и огляделся.

Раздался повторный сигнал.

Когда Долгов наконец осознал, что это звонит телефон, то чуть не вскрикнул от радости и принялся судорожными движениями доставать его из штормовки.

– Никак связь появилась? – заинтересованно спросил Михаил.

Максим не ответил. Выдернул трубку из строптивого кармана и глянул на экранчик.

Там высвечивался номер Романа Шидловича – представителя Долгова в Сургуте, занимающегося контролем сбыта нефти.

– Слушаю, Рома!

– Максим, привет! Наконец-то мобила зафурычила! Я думал, все – ядерная война началась…

– По делу говори.

– Я кран энпэзэшникам пока перекрыл! Цены обрушились до тридцати восьми уже!

– Хорошо. Временно тормози поставки. Но скважина пусть фурычит. Резервуары запасные найдутся?

– Есть. Туда и приказал лить! Слушай, я вот что спросить хотел…

– Извини, Рома, я отключаюсь. Родным позвонить надо срочно. Пока.

Долгов дал отбой. Судорожно набрал номер Маринки подрагивающим пальцем, но в это время сотовый вновь запиликал.

Звонил Торик. Максим поспешно принял вызов и крикнул в трубку:

– Слава, привет! Черт-те что тут…

– Не ори, – императивно перебил Торик. – Ты где сейчас находишься?

– В Крым еду, у меня там…

– Знаю я, кто у тебя там. Не перебивай, слушай внимательно…

– Ты сам-то где?

– Да заткнешься ты, Долгов?! – гаркнул вдруг Торик.

Максим даже оторопел на несколько секунд. Он не помнил, когда конченый флегматик, бывший тихий псих Слава повышал голос.

– У меня появились некоторые выкладки насчет вторжения, – прежним спокойным тоном продолжил Торик. – Они атаковали планету по очень нелогичной, на первый взгляд, схеме. Некоторые мегаполисы, крупные города – это объяснимо, но зачем разрушать деревушку в тридцать дворов? Это меня сразу насторожило, как только узнал первые слухи о локациях нападения.

– И что за схему они выбрали?

– Пока у меня только гипотеза, я ее сейчас проверяю. Узнаю точно – скажу. Там есть одна загвоздочка… Главное в другом, Долгов. Они нас не различают.

– Не понял…

– Ты различаешь муравьев в лицо?

– Нет, конечно!

– А плазмоидов?

– Но ты же сам говорил, что они высокоразвитая раса, которая гораздо старше нас…

– Именно поэтому очень скоро они научатся узнавать отдельных людей. Метить их как-то, наверное, – пока трудно предугадать. Раньше у них в этом не было необходимости. Опять же пример с муравьями: тебе приходила когда-нибудь в голову мысль: пойти в лес с кисточкой и разноцветными красками, чтобы пометить в муравейнике отдельных букашек? Мне, знаешь ли, тоже не приходила.

– Но зачем они напали, Слава? У тебя хоть какие-то догадки есть?

– Какие-то есть. Но нужно еще думать. Говорю же – загвоздочка там имеется.

– Да и странно как-то они себя ведут…

– Адаптируются, Долгов. Они еще только адаптируются к условиям предстоящей войны.

У Максима пробежал по спине холодок. И явно не от сквозняка в салоне машины.

– Войны?

– Войны, Долгов, войны. Поэтому советую тебе сейчас же разворачиваться и валить куда-нибудь подальше от жены с дочерью.