Шрифт:
– Что искать-то?
– Искать все необычные космические тела, упавшие на планету, которые хоть отдаленно могут напоминать искусственные спускаемые аппараты!
– Вы меня пугаете…
– Перестаньте! Это никакие не инопланетяне! Это, возможно, те люди, вернувшие нам огонь в пятнадцатом!
– Эти пятеро, за которыми сейчас охотится психованная секта? – Глаза Волковой полезли на лоб.
– И которых почему-то боятся плазмоиды!
– Да кто же они такие?
– Вот это нам и нужно узнать! Вы не знаете, где они сейчас могут быть?
– В момент вторжения находились в Москве, но потом разъехались в разные стороны… Я распоряжусь, чтобы их отследили.
– Хорошо. Если будет нужна помощь – обращайтесь. Подключу ГРУ.
– Уж как-нибудь справлюсь, – возвращаясь в образ независимой гордячки, сказала Волкова.
– Да… Вот еще что… – Генерал нахлобучил на голову папаху. – Не посвящайте никого в нашу… кхм… гипотезу. Просто дайте своим людям команду. Вы же можете приказать без лишних объяснений?
– Но у меня есть вышестоящие начальники, – тут же насторожилась полковник. – Они должны располагать данными о любой операции ФСБ…
– Нина, послушайте. – Неожиданно для самого себя Пимкин взял ее руку в свои ладони. Волкова никак не ожидала такого фамильярного жеста, поэтому даже не попыталась вырваться. – Если наши предположения верны и вся канитель закрутилась вокруг этих людей, то неизвестно, куда может завести нас цепочка загадок. Поверьте мне. Я был с этими ребятами, когда они отправлялись в путешествие к Марсу. Оттуда не существовало обратной дороги, понимаете? Это был билет в один конец. Эти пятеро встали на пути богов… Они победили, потому что огонь вновь принадлежит нам. И если на миг представить, что они сумели вернуться… То… кем?
– Кем? – словно эхо, откликнулась Волкова.
– Спасителями? Или судьями? А может, и просто людьми. Сейчас я готов вообразить все что угодно.
– Вы меня совсем запутали, Николай Сергеевич. – Полковник мягко высвободила кисть из его рук. – Но я, как уже упоминала, верю в случайности.
– Вот и замечательно. Займитесь звездочетами-любителями, а я попробую поворошить «Роскосмос» и своих людей в НАСА. Времени в обрез! Плазмоиды могут нанести новый сокрушительный удар в любой момент! А Земля пока абсолютно не готова дать серьезный отпор… Да и вообще: какой, к дьяволу, серьезный отпор! Человечество беззащитно, словно кролик перед удавом!
– Но не проще ли просто поймать и допросить этих… К чему трясти астрономов?
– Поймать и… э-э… допросить, бесспорно – тоже приоритетная задача. Но прежде чем встретиться с этой неприкаянной пятеркой авантюристов, нам нужно быть в курсе: действительно ли они вернулись из далеких глубин космоса? Не самозванцы ли?
– Теперь даже не знаю – что лучше, – пробормотала Волкова, закрывая за генералом дверь.
Полковник была в смятении. Уж больно внезапно ее дурацкие подозрения подтвердились. Да не просто подтвердились, а обрушили на голову настоящий град новых загадок… И перед Волковой вдруг распахнулась тугая портьера, за которой притаилось что-то непостижимое… Жуткое. Будто она вдруг на миг оказалась в холодной пустоте, где слышно лишь биение собственного сердца, растворяющееся в бесконечности.
Вдобавок – кожа на правой ладони все еще хранила фантомное ощущение от прикосновений сухих пальцев Николая.
И Нина никак не могла понять – приятно ей это было или нет.
Глава пятая
Короткой очередью Рубленого отнесло в сторону.
Из его груди хлестала кровь. Янтарный зрачок правого глаза стремительно мерк. Так и не выстрелившее ружье валялось рядом, в грязи.
Этот спятивший меченый с уродливым шрамом на лице хотел забрать у Максима его родную дочь. Хотел забрать Ветку! Рехнулся и принялся нести какую-то чушь про новую воительницу рода человеческого, которая возглавит сопротивление…
Он умер быстро и некрасиво. Хотя кто вообще умирает красиво? Разве что – кораллы…
Максим лежал на холодном бетоне. По вискам била склизким рыбьим хвостом одна-единственная мысль: «Дочь – моя».
Вдруг до него дошло, что тот, кто убил дурака Рубленого, может на этом не остановиться…
Долгов, срывая горло, заорал:
– Маринка, не вставай!
И началось.
События замелькали в рваном режиме черно-белого калейдоскопа.
Четверо или пятеро солдат ворвались в вонючее подвальное логово меченых, хищно поводя стволами карабинов из стороны в сторону. Красные мошки лазерных целеуказателей заскользили по мрачным стенам, выискивая потенциальных жертв.
– О боже мой, боже мой! Не стреляйте! – завизжала какая-то женщина из дальнего угла, где в загоне оглушительно закудахтали куры. – Не стреляйте!
– Молчать! – приказал один из солдат, занимая позицию возле изгиба сточной канавы. – Всем лечь на пол! Лицом вниз! Живо, мать вашу!
Меченые посыпались на бетонные плиты словно подрубленные. Истошно заорал грудной ребенок. Один из мужчин попытался что-то сказать и тут же получил зверский удар ботинком по печени. Согнулся и тихонько застонал.