— Мы с Рейчел живем на ферме вместе с семьями, — проговорил Пол. — Естественно, отдельно, но оба неподалеку от главного дома. Вчера вечером, когда Эбби не появилась, мы прочесали территорию; работники разбились на группы и обыскали все постройки от пола до потолка. Не обнаружив ее, мы позвонили шерифу.

— Простите, что помощь подоспела так поздно, — сказал Джеффри. — У них было много дел.

— Никогда не думал, — начал Пол, — что исчезновение молодой девушки привлечет к себе столько внимания.

— Почему это?

— В таком возрасте постоянно убегают из дома, верно? — спросил он. — Мы же тут не совсем от жизни отстали!

— Не понимаю, о чем вы…

— Я в семье паршивая овца, — пояснил Пол, и по реакции сестер Лена поняла: это старая семейная шутка. — Сами понимаете, я адвокат, веду дела нашего кооператива, по большей части живу в Саванне — в город чуть ли не через неделю приходится ездить.

— Где вы были на прошлой неделе?

— В Саванне. Вернулся вчера вечером, когда услышал про Эбби, — ответил адвокат, и в гостиной повисла тишина.

— До нас дошли слухи, — перешла к сути Рейчел, — ужасные слухи.

Эфраим прижал руки к груди. Заскорузлые пальцы мелко-мелко дрожали.

— Скажите, это она?

— Думаю, да, сэр. — Джеффри достал из нагрудного кармана полароидный снимок. Руки Эфраима тряслись так, что он никак не мог зацепить скользкий квадратик, и Льву пришлось помочь. Лена внимательно следила за реакцией обоих. Эфраим был сама сдержанность, а вот Уорд тяжело вздохнул и, зажмурившись, пробормотал беззвучную молитву. Несчастный отец впился глазами в снимок и дрожал так, что кресло завибрировало.

Возвышаясь за спиной зятя, на фотографию смотрел Пол. Если детектив Адамс ожидала какого-то проявления чувства вины, то ничего, кроме вздымающегося кадыка, не увидела. Адвокат стоял неподвижно, как скала.

— Можно посмотреть? — откашлявшись, потянулась к снимку миссис Беннетт. Сквозь маску спокойствия на бледном лице проступали страх и жуткая боль.

— Боже, Эстер… — начал Эфраим, но горе будто сжало его горло ледяными щупальцами. — Можешь посмотреть, но поверь, такой дочку лучше не видеть. Запомни Эбби живой.

Пока женщина решала, как реагировать на запрет супруга, фотографию взяла Рейчел. Пухлые губы сжались в тонкую бледную полоску.

— Боже милостивый! — прошептала фермерша. — За что?

Случайно или все-таки намеренно глянув через плечо сестры, Эстер увидела снимок погибшей дочери. Плечи задрожали, и, закрыв лицо руками, женщина зарыдала:

— О нет!

Мэри, до сих пор тихо сидевшая в своем кресле, вскочила и бросилась вон из комнаты. Через секунду все услышали, как хлопнула дверь.

Лев никак не отреагировал на выходку сестры, но по выражению лица Лена поняла, что мелодраматичный уход Мэри его страшно разозлил.

— Инспектор Толливер, объясните, пожалуйста, как все случилось? — откашлявшись, попросил он.

Джеффри ответил не сразу, определяя под испытующим взглядом помощницы возможную степень откровенности.

— Ее нашли в лесу. Эбби была под землей, в гробу.

— Боже мой! — Эстер согнулась, будто от невыносимой боли. Рейчел погладила ее по спине, хотя у самой по щекам катились слезы.

— Она задохнулась, — опустив подробности, сообщил начальник полиции.

— Мое дитя! — рыдала миссис Беннетт. — Моя бедная Эбигейл!

Хлопнула сетчатая дверь, и в гостиную вошли убиравшие хлев подростки. Взрослые подпрыгнули, будто услышав выстрел.

Первым заговорил Эфраим, отчаянно пытаясь сохранить остатки хладнокровия.

— Зек, тебе, кажется, говорили про дверь?

Мальчик прижался к ноге Льва. Маленький, худой, а руки тонкие, как прутики. Высокий рост отца в нем пока не проявился.

— Извините, дядя Эф!

— Прости, папа, — эхом отозвалась девочка, хотя дверью хлопнула явно не она. Бекка еще худее двоюродного брата, и даже плохо умеющая определять возраст Лена подумала, что на четырнадцать девочка никак не тянет.

Зек во все глаза смотрел на тетку, его бледные губы дрожали. Он явно чувствовал, что что-то не так, и жалобно всхлипывал.

— Иди сюда, малыш! — позвала Рейчел, усаживая племянника на колени. Обняв худенькие плечики, она пыталась его утешить, хотя сама с трудом сдерживала слезы.