Бежал, будто безумный.

И опоздал.

Потому что он должен был бежать быстрее.

Саня, распахнув дверь, ворвался в дом новеньких, без стука ввалился в комнату, где на кровати строгал свои ложки одноногий проводник, и закричал, задыхаясь:

— Айван! Айван!

Взгляд мальчишки метнулся из угла в угол. Старика тут не было.

— Где Айван?

— Ушел, — спокойно сказал Ларс, откладывая ложку. — Посидел и ушел. А что случилось?

— Ял… — Мальчонка рванулся назад к двери, остановился на миг, схватившись за косяк, обернулся. Огромные черные глаза растерянно глянули на Ларса. — Ял потелялся…

— Яр? Потерялся?

— Да!

— Стой! Погоди! Расскажи толком, что случилось.

— Некогда! Айван, Айван нужен! — Саня сорвался с места.

— Стой! — крикнул Ларс ему вслед.

Но мальчишка уже слетел с крыльца, сбив загрохотавшее ведро, пронесся мимо окон.

— Айван! — донесся с улицы его приглушенный крик.

Ларс раздраженно смахнул с колен стружку, перехватил нож за лезвие и, коротко замахнувшись, швырнул его в бревенчатую стену. Бросок был такой сильный, что лезвие ушло в дерево на добрую треть, а яблоневая, отполированная до блеска ручка с треском раскололась.

Помрачневший Ларс сполз с измятой кровати, подхватил костыль и на одной ноге запрыгал к выходу.

— Что тут было? — заглянув в комнату, поинтересовался Херберт. Сибер только что вернулся с работы, он даже не успел привести себя в порядок: кирпичная пыль покрывала его корпус неровным тонким слоем.

— Сам не знаю, — раздраженно ответил Ларс. — Но Яр, кажется, потерялся.

— Я могу вызвать службу спасения, — предложил Херберт.

— Лучше помолись, — сказал ему Ларс. — От этого, может, хоть какой-то толк будет.

Невысокий бревенчатый домик, чуть завалившийся на один бок, судя по всему, был жилищем люда. Вокруг домика стояли еще несколько уродливых строений с плоскими крышами; на крышах зеленела трава. Лес никуда не делся, просто деревья здесь росли реже, и были они другие — с корой, похожей на грубую шелушащуюся бумагу, с высоко поднятыми кронами и с длинными парными иголками вместо листьев. Этот лес был светлей и чище, и Яр еще больше воспрял духом. Он все гадал, когда же закончится его испытание. Он вел себя достойно — и гордился этим. Подозревал, что сейчас — вот-вот — выйдут из укрытия улыбающийся Айван и другие старики, одобрительно загудят, протянут ему руки… Ответит ли он им?

— За хату надоть! — опять забормотал грязный люд. Было видно, что ему здесь не по себе. Очень не по себе. — Тама оне были.

— Кто «оне»? — спросил Яр.

— Оне, — повторил люд, вращая глазами. Кажется, он боялся называть по имени тех, кто были «тама».

Хоть и понимал Яр, что все происходящее — это обычное представление, но чувство тревоги охватило и его. Чем ближе подходил он к дому, тем сильней ему хотелось убраться из этого места. Только вот куда?

— Тама оне, — прислушиваясь к чему-то, сказал люд свистящим шепотом. — Ружо сымай, чужик. За хатой, слышь?

Яр — не слышал ничего особенного. Вернее сказать, ему все шумы леса казались особенными. Распознать в общем гуле звуки, которые могли свидетельствовать о близкой опасности, он не был способен.

— Не слышу, — признался Яр, но карабин на всякий случай снял и выставил стволом перед собой. Все меньше и меньше ему нравился этот спектакль — очень уж натурально играл люд свою роль. Думалось — а вдруг да не по сценарию развиваются сейчас события. Вдруг в плане Айвана случилась какая-то накладка, произошла ошибка. И там, за домиком, на самом деле кто-то прячется.

«Оне».

Яр вспомнил хурбов и в тот же самый миг действительно услышал какой-то неприятный шум, доносящийся со стороны, куда напряженно всматривался люд. Хриплое пыхтение и треск.

Яр обернулся на люда.

— Тама оне, — подтвердил тот тихонько. — Курей, чаи, давят, ыроды.

Яру такое объяснение ничего не объяснило, но идти куда-то у него пропала всякая охота.

— Бубухи дай, — потребовал от него люд, протягивая грязную ладонь. — Бубухи! — Он тряхнул рукой.

— Чего? — не понял Яр.

— Бубухи, — повторил люд.

И, видя недоумение в глазах собеседника, короткими раздраженными жестами стал показывать, что именно ему требуется.

— Петарды, — сообразил Яр. — Бубухи — петарды. Хлопушки. Правильно?

— Бубухи, — закивал люд.

Быстро присев на корточки, он продвинулся на несколько метров по направлению к дому. Он явно боялся тех, что прятались за его жилищем. И в то же время, что-то его туда тянуло.

— Нету бубух, — ответил Яр, разведя руками, и тоже присел. — Нету.