— Что вы делаете для того, чтобы найти моих внуков?

Этого вопроса Вексфорд и боялся. Отвечать приходилось ему, а не Фриборну, и он понимал, что любой ответ покажется ей жалким и она подумает, что полиция просто не занимается ими. Но он попытался ответить. С самого начала миссис Дейд утверждала, что ее дети утонули, и сейчас уже и полиция думает так же. Сегодня, на худой конец завтра, вода основательно отступит, и тогда не останется никаких сомнений.

— Насколько я понимаю, внизу работали водолазы, искали очень тщательно.

— Да, это так, но… — В разговоре с бабушкой он мог использовать слово, произнести которое не решался, когда беседовал с отцом и матерью: — Тела так и не найдены.

— В таком случае, если, конечно, я не задаю наивных вопросов, почему вы не расширили поиски? Почему ничего не сообщили в порты и аэропорты? Ничего не передали другим полицейским участкам? Насколько я знаю, в настоящее время у нас ведется национальный регистр пропавших людей. Были ли они внесены в этот регистр?

Можно подумать, она не фотограф, а журналист, ведущий расследование. Она говорила уверенно и прямолинейно, голубые, отливающие бирюзой глаза пронзали его. Она говорила и, не мигая, смотрела ему прямо в лицо, за все это время ни разу не отведя взгляда. Он хотел сказать ей, что она отнюдь не наивна, но вместо этого не очень убедительно проговорил:

— Паспорта детей здесь. Мисс Трой не могла бы, например, вывезти их из страны.

Она пожала плечами — так же, как ее сын. И впервые высказала свое мнение:

— В этом октябре я гостила у сына. Пробыла там три дня. Я поняла, дети исключительно развиты для своего возраста. Развиты и необычайно смышлены. Не уверена, знаете ли вы, что прошлой весной Джайлз получил аттестат о среднем образовании с отличием по французскому.

Интересно, удалось ли ему использовать в своем сочинении слова «мини-юбка» и «гараж», подумал Вексфорд.

— А придет день, и Софи станет ученой, — сказала Матильда Кэрриш, — мне непонятно, зачем им в принципе нужна была няня. В свои тринадцать Софи очень ответственная девочка, а ее брату вообще скоро шестнадцать. О, нет, простите, ему уже шестнадцать. Два дня назад у него был день рождения.

— Слишком они юны, чтобы вот так пропасть.

— Вы думаете? Парни и девушки выходят замуж и женятся в шестнадцать, старший инспектор. А если то, что я читаю в газетах, правда, довольно много жительниц нашей страны рожает детей в тринадцать, четырнадцать или пятнадцать лет, и, по решению местных властей, они сами сидят с ними. И у них нет никаких нянь, они сами смотрят за детьми.

— Таково было решение мистера и миссис Дейд, — сказал Вексфорд и подумал, что, каковы бы ни были причины, побудившие Роджера жениться на Катрине, сам он уж точно никогда бы не женился на его матери. — У нас нет никаких оснований, — он чуть было не сказал «пока нет», но удержался, — считать, что мисс Трой связана с чем-то криминальным. Что бы ни случилось с ними всеми, она так же, как и дети, может быть всего лишь невинной жертвой.

Матильда Кэрриш улыбнулась. Тут не было и тени доброты или юмора, губы просто растянулись в улыбке, словно она знала что-то такое, чего не знали другие, и сама это понимала. На ее лице читалось торжество.

— Вы в этом уверены? Значит, вы не знаете, по какой причине Джоанна Трой покинула школу «Хэлдон Финч». Что ж, я вам скажу. Ее уволили за воровство, она украла двадцатифунтовую банкноту у одного из своих учеников.

Вексфорд кивнул. Что еще ему оставалось сделать? Он припоминал, как сын этой женщины рассказывал, что Джоанна Трой ушла с работы потому, что никак не могла примириться с поведением учеников.

— Если потребуется расширить поиски, — проговорил он, — можете не сомневаться, мы тщательно изучим биографию мисс Трой. А сейчас, миссис Кэрриш, если вы уже все сказали…

— О нет, еще не все. Первое, что я сделала сегодня утром, прежде чем прийти сюда — я живу в Глостешире, — это связалась с частным сыскным агентством «Кто ищет, тот найдет, Лтд.» на Бедфорд-сквер. Я оставлю вам их телефон.

— Бедфорд-сквер в Лондоне? — спросил Вексфорд.

— А что, есть где-то еще?

Вексфорд вздохнул. Из этой женщины вышел бы неплохой свидетель, подумал он, провожая ее и закрывая за ней дверь. Когда она стояла рядом, до него донесся легкий запах духов — и чего-то еще. Это был запах — но нет, не может быть— запах марихуаны? Быть такого не может. Не в ее возрасте и не с ее положением в обществе. Наверное, духи, которыми она пользовалась, содержат похожие на марихуану компоненты, и он своим обостряющимся иногда нюхом учуял именно их.

Вексфорд сразу же выкинул это из головы. Он не спросил ее, ладила ли она с внуками, но было уже поздно. Трудно поверить, что она может нравиться маленьким детям, впрочем, Софи и Джайлз, конечно, не были маленькими. И все же он не мог представить, что она станет возиться с подростками, поймет их или сможет разделить их интересы. Разве может она знать, например, что такое хип-хоп? Или гангста-рэп? Или кто такой Эминем и что он собой представляет? Имеет ли для нее значение доступность утренних противозачаточных таблеток, а если имеет, то стала бы она осуждать их недоступность? Она говорила о несовершеннолетних матерях как об особях, которые существуют только благодаря милостивому разрешению местных властей, подумал он.