Джош поднял маленький круглый гротеск, настолько изъеденный временем, что он превратился в безликую каменную глыбу. Мальчик метнул камень в горгулью, и оба разбились. Мальчик сморщился от громкого звука, но понял, что чудовищ можно уничтожить. Зажав руками уши, он прищурился и пристально посмотрел на чудовище. Его зоркое зрение уловило каждую деталь. Каменные существа были неуязвимы перед сталью и магией, но он заметил, что камень очень хрупкий. Что же разрушило камень?

…Какая-то вспышка в памяти… только не его памяти… Воспоминания о древнем городе, где стены крошились, рассыпались в прах…

— Я придумал! — закричал он.

— Надеюсь, что-то стоящее! — отозвался Сен-Жермен. — Это магия?

— Обычная химия! — Джош взглянул на Сен-Жермена. — Франсис, насколько горячим может быть ваш огонь?

— Очень горячим.

— Софи, насколько холодным может быть твой ветер?

— Очень холодным, — кивнула девочка.

Она вдруг поняла, что предлагает брат. Они делали подобный опыт на уроке химии.

— Давайте! — закричал Джош.

Выточенный из камня дракон с обломленным крылом летучей мыши дернулся вперед. Сен-Жермен выпустил всю силу огненной магии в голову чудовища, раскалив его докрасна. А потом Софи выпустила поток арктического воздуха.

Голова дракона треснула и рассыпалась в пыль.

— Горячее и холодное! — закричал Джош. — Горячее и холодное.

— Расширение и сжатие, — дрожащим голосом сказал Николя и посмотрел туда, где виднелась над краем крыши голова Ди. — Один из основных принципов алхимии.

Сен-Жермен окутал несущегося навстречу кабана в обжигающий огонь, а Софи дунула на него ледяным воздухом. У хряка отвалились ноги.

— Еще горячее! — закричал Джош. — Нужно еще горячее! А у тебя — еще холоднее, Софи.

— Попробую, — прошептала его сестра, хотя у нее уже глаза закрывались от изнеможения. — Не знаю, сколько еще я продержусь. Помоги мне! Дай мне немного твоей силы.

Джош встал за спиной у Софи и положил руки ей на плечи. Вспыхнули золотая и серебряная ауры, смешиваясь и переплетаясь. Увидев, что делают ребята, Жанна тут же схватила мужа за плечи, и обе их ауры — красная и серебряная — соединились. Сен-Жермен выстрелил огнем по приближающимся горгульям, и огонь был настолько жарким, что расплавил камень прежде, чем ледяной ветер и туман вытекли из рук Софи. Сен-Жермен медленно стал поворачиваться по кругу, Софи вторила его движениям. Треснул первый камень, раскололся древний кирпич. От сильного жара камень плавился, но когда добавился еще и ледяной ветер, эффект стал значительно сильнее. Горячие каменные статуи трескались надвое, разбивались на острые осколки. Пал первый ряд, за ним второй, третий, и наконец вокруг людей выстроилась круговая стена из каменных обломков.

Сен-Жермен и Жанна выбились из сил, но Софи и Джош продолжали обдувать ледяным ветром оставшихся чудовищ. Горгульи использовались как водостоки, поэтому камень был пористый и мягкий. Подпитываясь силой брата, Софи замораживала жидкость внутри камней, и чудовища раскалывались.

— Двое как один, — прошептал Николя Фламель, обессилено опустившись на землю.

Он смотрел на Софи и Джоша, стоявших в ореоле своих пылающих аур. Серебро и золото смешались, на коже виднелись следы старинных доспехов. Их сила была невероятна и, видимо, неистощима. Он знал, что такая сила может управлять миром, изменять его и даже уничтожать.

И когда последнее чудовище рассыпалось в пыль и ауры близнецов потухли, алхимик впервые подумал: а было ли верным решение пробудить их силы?

На вершине собора Нотр-Дам Ди и Макиавелли наблюдали, как Фламель и его товарищи выбираются из дымящихся руин и движутся к мосту.

— Мы влипли, — процедил сквозь зубы Макиавелли.

Стрела исчезла из его бедра, но нога до сих пор болела.

— Мы? — хмыкнул Ди. — Это все твоя вина, Никколо. По крайней мере, так будет написано в моем отчете. И ты ведь знаешь, что будет потом?

Макиавелли выпрямился и прислонился к стене, поддерживая раненую ногу.

— В моем отчете все будет по-другому.

— Никто тебе не поверит, — возразил Ди и отвернулся. — Все знают, что ты мастер лжи.

Макиавелли достал из кармана маленький диктофон.

— Значит, мне повезло, что я все записал на пленку. — Он постучал по диктофону. — Реагирует на голос. Записал каждое твое слово.

Ди замер и медленно повернулся к итальянцу.

— Каждое слово? — переспросил он.

— Каждое слово, — мрачно подтвердил Макиавелли. — Думаю, старейшины все-таки мне поверят.

Ди долго смотрел на итальянца и наконец кивнул.

— Чего ты хочешь?

Макиавелли указал на образовавшиеся внизу руины и зловеще улыбнулся.

— Посмотри, что умеют близнецы! А ведь они только-только прошли Пробуждение и еще не всему обучены.

— Что ты предлагаешь? — спросил Ди.

— Между нами, у нас есть доступ к необыкновенным ресурсам. Работая вместе, а не против друг друга, мы сможем найти близнецов, схватить и обучить их.