Очередная проблема была решена, мы всё больше обживались на одном месте и готовились к новому походу в пределы Альянса, который по предварительным планам предполагалось начать 27 сентября. В нём должны были принять участие оба наших боевых корабля, полторы сотни испытанных десантников, пятьдесят подростков и двести сицилийских воинов, с подачи и благословения местных вождей решивших поискать добычи у своих более продвинутых в техническом отношении соседей. Никто из командиров отряда, и я в том числе, против участия горячих сицилийских парней в нашем предприятии не возражал, поскольку в таком деле, как захват крупной вражеской базы, дополнительные стволы в любом случае пригодятся.

Главной целью набега был выбран город Ретимнон, второе по значимости поселение на острове Крит. Первоначально задумывался налёт на Ираклион, но для этого у нас не хватало ни сил, ни средств, так что решили быть скромнее и выбрали не основную базу Критской оперативной эскадры, а вспомогательную.

Это должна быть чрезвычайно дерзкая и лихая операция. Она в очередной раз покажет врагам нашей страны, что и у себя дома они не в безопасности, и, кроме того, что немаловажно, принесёт нам выгоду и ценные трофеи. Уж про что, а про то, что с нашей помощью адмирал Папастратос-старший заполучил богатства замка Эливит, ни я, ни мои воины не забыли, и о том, что в Ретимноне находится одна из вилл местного правителя, мы знали. Неизвестно, как дальше пойдут наши дела на Средиземном море, а золото и брюлики в возрождающемся после Эпохи Хаоса мире – реальная ценность, за которую можно получить многое.

Наступило 26 сентября. Корабли и люди готовы к походу. На следующий день был назначен выход в море, но в 22.00 пришла шифровка из Краснодара:

«Капитану ОДР при ГБ Мечникову.

25 сентября сего года Средиземноморский Альянс обратился к правительству Кубанской Конфедерации с просьбой о временном перемирии для проведения мирных переговоров. В связи с этим диктатор приказал до особых распоряжений или прямых актов агрессии со стороны противника все военные действия приостановить.

Приказ есть приказ, и пришлось всё отыгрывать обратно. Ладно, наши воины и моряки понимают, что не всё зависит от меня и других командиров отряда, и теперь, когда рядом с ними женщины, в море не торопятся. Однако помимо них имелся сегмент из сицилийских добровольцев, которых задержка похода сильно расстроила. Впрочем, человеческий язык они понимали, так что пошумели, выпили, потрясли своими лупарами и немногочисленными автоматическими винтовками и на время успокоились.

Нам оставалось только ждать, чем закончатся переговоры между Конфедерацией и Альянсом, и быть наготове. В томительном ожидании прошло четыре дня, и наконец вчера вечером была получена ещё одна шифрограмма из Краснодара:

«Капитану ОДР при ГБ Мечникову.

Переговоры между представителями Средиземноморского Альянса и правительством Кубанской Конфедерации потерпели неудачу. Противная сторона имела наглость выдвинуть нам ультиматум, который был отвергнут в самой категоричной форме. Война продолжается, и отряду капитана Мечникова предписывается всеми силами и средствами обрушиться на врага и уничтожать его без всякой жалости. Проведение и планирование каждой операции по-прежнему находится в ведении командира соединения, но ОДР рекомендует наносить удары как можно более жёстко и пленных не брать.

Вот это другой разговор, вот это я понимаю. Задача: гасить всех без жалости и не оглядываться ни на какие правила ведения войны. Этих правил и так-то немного, но всё равно порой приходилось учитывать мнение далёких столичных начальников и не сообщать наверх о делах, про которые им знать не следовало. Мало ли что, вдруг война закончится на равных и всплывёт вопрос о военных преступниках? Конечно, меня вряд ли выдадут. Но прятаться и жить на нелегальном положении желания не было.

Итак, у меня на руках приказ, который вновь отпускает нас на волю, а значит, готовьтесь, средиземноморцы, к большим проблемам. Вскоре мы придём за вашими жизнями и неправедно нажитыми богатствами.

Впрочем, поход начинается только завтра утром, а сегодня идут последние приготовления, загрузка десантных отрядов и военный совет с окончательными решениями по налёту на Ретимнон. На совещание собрались все командиры отряда, наши переводчики, а также два местных боевых вождя, смахивающие на кабанчиков, полноватые, но тем не менее весьма подвижные и мускулистые крепыши лет около тридцати. Присутствующие сидели за столом, а я стоял у древней карты западной части острова Крит, которая висела на стене. Все молчали, с интересом смотрели на меня и на карту, ожидая моих слов, и я, видя, что командиры готовы принимать информацию, начал:

– Перед вами остров Крит, бухта Альмирос и город Ретимнон, на данный момент вторая основная база Альянса на этом острове. Завтра мы выступаем в поход, и в ночь с третьего на четвёртое сентября атакуем эту опорную вражескую базу. Несколько дней назад мы уже обговаривали наши действия во время набега, но уточним всё ещё раз. Возражений нет?

– Нет.

– Да, лишний раз обсудить набег не помешает.

– Тогда начнём с того, что снова рассмотрим город. По сведениям, которые получены от пленных моряков Альянса, от старого Ретимнона мало что уцелело, а что осталось, разбирается рабами для постройки новых сооружений. Основа всего – порт. Он практически восстановлен, и от него в гору идут три прямые улицы, которые можно разделить по назначению. Левая – это казармы и военные склады. Центральная отведена под магазины, лавочки, дешёвые бордели и питейные заведения. Правая предназначена для рабов и вольнонаёмных строителей из киприотов. Длина улиц около трёхсот пятидесяти метров, за ними располагаются складские помещения Критской оперативной группы, автопарк машин и бронетехники. Ещё дальше находится вилла адмирала Папастратоса-старшего, который на своём новом флагмане, эсминце типа «Арли Берк», должен сегодня отправиться на Кипр. Примерные схемы городка у всех есть?