– Где же его теперь искать? – недовольно поморщился следователь. – Трясти все бордели? Или у тебя список поэтов-песенников есть?

– У меня Новиков есть, – сказал Гуров. – Он в нападении должен участвовать. Уже роли распределены. Ему поручено в машине сидеть, пока товарищи богатея потрошить будут. Хреново вот что – где это будет происходить, он пока и сам не знает. Банда встречается перед самым ограблением в кафе «Марина» где-то в Кунцеве. Там окончательно будут распределены роли и поставлены задачи. Теперь понимаешь, почему нам пришлось отпустить этого артиста?

– Да уж, теперь понимаю, – хмыкнул Булгин и обвел оперативников повеселевшим взглядом. – А вообще, мужики, это же прорыв! Мы же с вами прозвучим, если все получится!

– Прозвучим, – серьезно поддакнул Крячко. – На мажорной ноте.

– Если, конечно, ваш Новиков не соврал! – строго прибавил Булгин, насупливая брови.

– Громоздкая больно ложь получается, – поморщился Гуров. – И непонятно, зачем ему лгать? Я боялся, что он повторную попытку самоубийства предпримет, но поскольку этого не произошло, значит, у Новикова есть надежда, что суд учтет его помощь следствию и даст по минимуму. Мы, кстати, такую перспективу ему и нарисовали, чтобы свой рейтинг повысить. Поэтому есть все основания полагать, что он сказал нам правду.

– Дай бог, дай бог! – произнес Булгин. – Что же ты теперь делать собираешься? Учти, если твой план не сработает, «гуманисты» точно залягут на дно, и придется их оттуда долго и нудно выковыривать. Возможны любые неожиданности и даже жертвы. Ты, например, в курсе, что экспертиза установила – погибший на пожаре человек умер не от огня. У него сломаны шейные позвонки.

– Могу себе представить, – ответил Гуров. – Новиков рассказывал, что у них в группе есть некий каратист по прозвищу Вика. Наверное, это его рук дело. Новиков, кстати, сразу подозревал, что его дружка убили – вслед за Липатовой, которую убил Влад. Страшноватая, но закономерная цепочка.

– А твой Новиков не выкинет в последний момент какой-нибудь номер? – подозрительно спросил Булгин. – Раз Лобанов был его другом, как ты говоришь. Чувство мести, злоба, отчаяние… Он может все испортить.

– По-моему, у него кишка тонка для мести, – возразил Гуров. – В принципе, со смертью друга он смирился очень быстро. Друга уже не вернешь, а мне жить надо. Вот, если вкратце, его жизненный принцип.

– Ну что ж, в логике ему не откажешь, – сказал Булгин. – В таком случае он, пожалуй, вполне удовлетворится такой формой мести, как полная сдача сообщников. К тому же это будет приятное с полезным – ведь он может рассчитывать в таком случае и на снисхождение суда… – Следователь поднял глаза на Гурова и с сомнением добавил: – Послушай, Гуров, что-то больно гладко у нас все получается! Не боишься, что в лужу сядем?

– Не боюсь. Я не из пугливых, – сказал Гуров и ухмыльнулся. – А насчет того, что все гладко… А я что, даром пашу огород третий десяток лет? Можно иногда и урожай собирать!

– Ну-ну, – неопределенно хмыкнул Булгин. – Так ты все-таки расскажи мне о планах… борьбы за урожай!

– План будет таков, – серьезно заговорил Гуров, придвигаясь ближе к столу. – Сегодня я лично съезжу на место, посмотрю, что за «Марина» такая. Произведу, так сказать, рекогносцировку на местности. Стягивать в тот район большие силы нет никакого смысла. Новиков сказал, что они собираются каждый раз в новой забегаловке, чтобы не мозолить никому глаза. Вполне возможно, что эта «Марина» выбрана главарем случайно и никакого отношения к будущему месту преступления не имеет. Представляешь, какой начнется бедлам, если они вдруг рванут из Кунцева куда-нибудь в Измайлово?

– Что же ты предлагаешь?

– Итак, сегодня я ознакомлюсь с местом их встречи, а завтра мы отправимся туда с Крячко. Постараемся определить состав преступной группы, так сказать, визуально. У них назначена встреча на шестнадцать часов. К этому времени будет готова оперативная группа из шести человек на трех автомобилях со специальной связью. Координировать их передвижение буду я лично. Плюс на всякий случай я собираюсь снабдить Новикова радиомаяком – тогда мы при любых обстоятельствах не потеряем его из виду. Ну и необходима, конечно, помощь ОМОНа, потому что хоть они и «гуманисты», а все равно – банда, – заключил Гуров. – Тем более что ребята все больше входят во вкус и, по-видимому, не будут стесняться, когда попадут в безвыходную ситуацию. С ОМОНом тоже нужно будет постоянно поддерживать связь, поскольку объект нападения и маршрут преступников придется определять буквально на ходу.

– Это все очень рискованно, – покачал головой Булгин. – Советую тебе подойти к проблеме немного с другой стороны. Попробуй проверить по спискам пассажиров в аэропортах – жена какого такого деятеля улетает завтра за границу.

– Я думал об этом, – сказал Гуров. – Все равно что искать иголку в стоге сена. Помимо всего прочего, нам неизвестно – жена ли это на самом деле. Возможно, эта парочка живет в гражданском браке…

– Если человек с таким восторгом празднует отъезд своей спутницы жизни, то скорее всего это самая что ни на есть законная жена, – с усмешкой сказал Булгин. – Можешь мне поверить. Ну а насчет того, кто у нас сейчас модные песни пишет, тебе лучше знать – ты у нас как-никак с искусством связан. Можно сказать, крепкими узами.

– С искусством, может быть, – проворчал Гуров. – Только с каких это пор модные песни проходят по линии искусства?

– Ну не придирайся! – засмеялся Булгин. – Все равно близко. В конце концов, даже среди оперативников неужели не найдется хоть один любитель современной эстрады? Пусть представит тебе что-то вроде отчета.

– От этих отчетов даже у меня глаза на лоб лезут, – встрял Крячко. – А если еще и отчеты по эстраде составлять…

– Ну, тебе-то это как раз не грозит, – заметил Гуров. – Тебе если можно что-то письменное доверить, так только сочинение на очень вольную тему – например, о пиве… А насчет современной эстрады ты меня на мысль натолкнул, Валентин Сергеевич; есть у нас один майор – он недавно одно дело в Подмосковье раскручивал с убийством. Там некая фирма организовывала в провинции концерты подставных знаменитостей. Дошло до того, что чуть фальшивого Паваротти куда-то там не привезли – кажется, в Ставрополь… Но дело в другом. Что-то там эта братия между собой не поделила, и кончилась эта концертная деятельность банальной разборкой. Вот Балахнин этим делом занимался. Он всю эту музыкальную тусовку, по идее, знать наизусть теперь должен. Я жену песенника ему поручу.