— А! — Он опустил руки, медленно, продолжая держать их на виду, пока они не упали, открытые и безопасные, вниз. — Я — не Целитель, — серьезно сказал он. — Однако тебе следует знать: Корвал дал немало Целителей и… и еще драмлиз.

Драмлизы — так назывались волшебники (за неимением более точного слова), намного более сильные, чем Целители. Способности драмлиз включали в себя интерактивную эмпатию, а к ней прибавлялось еще множество всего: телепортация, транслокация, телекинез, пирокинез, телепатия… Все пункты из списка чудесных способностей, которые в любую историческую эпоху приписывались любому шаману, ведьме или магу, достойным своего звания.

Если верить в подобные вещи.

«А Шан, — подумала Энн смятенно, — видит искры».

— Я… понимаю. — Она перевела дыхание и сумела выдавить неуверенную улыбку. — Наверное, мне следовало внимательнее рассмотреть… насколько хороши твои гены. Это была неудачная шутка — и даже опасная, но в глазах Эр Тома заискрился веселый смех.

— Конечно, следовало. Однако сделанного не вернешь, и нечего плакать над пролитым вином. — Он отступил назад и мягко поклонился. — Почему бы не пойти в комнату и не устроиться… удобно? Я через минуту принесу вино.

— Хорошо.

Она проскользнула мимо него, старательно избегая прикосновения даже к его рукаву, — и сбежала в гостиную.

— Ох, все просто ужасно, — говорила она через несколько минут, отвечая на его вопрос. — Администрация ведет себя просто скверно. Казалось бы… А, ладно.

Она вздохнула.

— Самая хорошая новость — это то, что все оказались на местах. Но чего это будет стоить в отношении работы… Профессор Диллинг все собрание только стоял в углу и трясся, бедняжка. Я подошла к нему, чтобы узнать, не могу ли я чем-нибудь ему помочь, но он только твердил: «Тридцать лет исследований пропали. Пропали!»

Она снова вздохнула и повела своими крупными кистями, выражая полную беспомощность, а потом бессильно откинулась на диван.

— Но ведь компьютерные файлы… — пробормотал Эр Том из противоположного угла дивана.

— Бумаги, — устало поправила его Энн. — Старинные земные музыкальные записи. Среди них — оригиналы музыкальных произведений. Я пару раз помогала ему с ними разбираться. Его кабинет был настоящим складом. Бумаги, старинные инструменты — металл, дерево… Все разлетелось на части. Мелкие, крошечные части, как говорит Джерзи.

Она потянулась за своей рюмкой.

— А твоя работа? — тихо спросил Эр Том.

Энн засмеялась, хотя и без своей обычной веселости.

— О, я одна из самых везучих. Я потеряла последний вариант новой монографии, но предыдущий сохранился где-то в брюхе Главного компьютера. Кое-какие студенческие работы, файлы, планы занятий — это самые большие потери. Все важное — записи, заметки, моя переписка — хранилось в архиве, который я делю с Джерзи, в крыле Театральных искусств. Думаю, их здание даже не тряхнуло.

— Ты счастливая.

На этот раз ее смех был уже по-настоящему веселым.

— Скорее склонная к паранойе. Мне не хотелось, чтобы моя работа валялась там, где ее мог бы взять и прочитать любой. Как правило, когда я над чем-то работаю, то держу записи при себе — прямо в портфеле. А в Главном компьютере мой файл имеет защиту и тройную кодировку. — Она криво улыбнулась. — Добро пожаловать в мир ученых-разбойников. Публикуйтесь или погибайте, господа: ваш выбор!

— Кто овладел контрашансом, овладел миром, — процитировал Эр Том по-лиадийски. Он чуть наклонил голову. — Ваша администрация… на тебя возложили новые обязанности в свете этой чрезвычайной ситуации?

— Нисколько! — заверила его Энн. — От нас требуют только, чтобы мы действовали так, как было бы, если бы факультет лингвистики не был… перестроен… таким несколько экстремальным способом. Экзамены должны состояться по расписанию. Администрация отыскала и выделила… альтернативные помещения! Оценки следует проставить в должные сроки — и никаких отговорок.

Она вскинула руки в жесте возмущения.

— Некоторые преподаватели потеряли все! Экзаменационные работы, которые они уже провели, похоронены под тоннами обломков, вместе с экзаменационными работами, которые только предстояло провести! Я по чистой, глупой случайности принесла свои домой, иначе мне пришлось бы проставлять финальные оценки совершенно наугад!

— А! — Эр Том отпил немного вина. — Взрыв… причину уже установили?

— Случайность, — отозвалась Энн, устало потирая затылок. — Что значит: они не знают. Не то чтобы они сказали простым преподавателям правду, даже если бы знали, — добавила она. Она поднесла рюмку к губам и прикрыла глаза. Эр Том сидел молча, глядя на ее замкнутое лицо и усталые морщинки — и всем сердцем ненавидя требования необходимости.

«О полете на Лиад можно будет поговорить и завтра, — сказал он себе. — Она совершенно измучена и переволновалась». Он пригубил вино, пытаясь решить, позволяют ли приличия предложить вызвать к ней Целителя. Его возмущало, что эта услуга не была предложена ее работодателями. Люди едва избежали гибели вместе со зданием, в котором проходила их работа! Целители должны были бы присутствовать сегодня на встрече с администрацией и помогать всем, кто в этом нуждался. Если бы кто-нибудь из его команды пережил подобный стресс…