— Где ей и следует находиться, — вставил Вал Кон.

Шан ахнул и стремительно обернулся.

— Сколько раз отец просил тебя ни в коем случае не делать этого?

Его брат ухмыльнулся и тряхнул головой, отбрасывая назад непослушную прядь волос.

— Мои ужасные манеры!

— Он забыл, — очень серьезно заступилась за него его спутница жизни, оказавшаяся рядом. — Он всегда в плохой форме после того, как взорвет корабль.

— Постараюсь запомнить. — Он моргнул. — Взорвет какой корабль?

— Ну, надо полагать, корабль Департамента? — негромко предположил Даав.

Вал Кон кивнул и без улыбки посмотрел на Шана.

— Брат, ты не составишь нам компанию? Отец?

— Конечно, — тихо ответил Даав.

Шан вздохнул.

— Я изо всех сил старался не попадаться на глаза главе Клана Эроб — и вам разумно было бы последовать моему примеру. Как только вы с ней встретитесь, она потребует, чтобы вы убрали из ее сада стайных черепах.

— Правда? А она не могла просто попросить их уйти? Точильщик — человек вежливый, а Хранитель так и вовсе почти робкий.

— Они спят.

— А! Это меняет дело.

Он взглянул на Мири. Она ухмыльнулась и пожала плечами.

— Думаю, придется рискнуть.

— Действительно. — Он наклонил голову. — А Хэзенталл и Диглон?

— Все еще в капсуле. Заполучив их, техник отказывается выпускать их до тех пор, пока они не достигнут идеала.

— Художник своего дела. Это хорошо. Ну что ж, где искать главу Эроб?

— Значит, мне следует понять, что эти преступники преследовали Наделма Корвала?

Нова кивнула.

— Эроб, это так. Разведчик тер-Мьюлин закончил предварительное опознание тех троих, которых… убили на месте. Наделм Корвал и его леди, кажется, отправились преследовать четвертого.

— Едва вылечились — и снова в гуще событий. — Старая дама вздохнула. — Не будь это недостойно союзника, я бы настаивала на том, чтобы вы отсюда улетели, Корвал-пернарди. Эта планета в последнее время пережила две войны. Нам сейчас не нужны опасности.

Нова поняла, что ей сделали упрек — и упрек справедливый. Она склонила голову.

— Право, мы не намерены обременять Эроб нашими некрасивыми ссорами.

— Однако данная ссора касается не только Клана Корвал, но и всех лиадийцев.

С замиранием сердца Нова повернулась, не вставая с кресла.

В комнату входили четверо, но ее глаза были устремлены только на одного.

Темные волосы — слишком длинные и немного растрепанные, словно он был на ветру. Непослушная прядь, как всегда, падает на гладкий лоб, почти попадая в яркие зеленые глаза. Ее брат Вал Кон держался прямо, на собственных ногах, зацепив одну руку за ремень и переплетя пальцы второй с рыжеволосой женщиной, которая держалась рядом с ним.

Он, пожалуй, был слишком худ, чтобы сестре это понравилось, — линия скул чересчур заострилась. Однако это был Вал Кон, живой, способный ходить… И на ее глазах одна ровная бровь стала выгибаться — как и должно было быть, раз она глазеет на него как полоумная.

— Сестра с тобой не разговаривает? — спросила у него Мири Робертсон.

Шан и седеющий мужчина в кожаном костюме разведчика приостановились позади них.

— Увы, — тихо ответил он. — Боюсь, что я в немилости. — Бровь поднялась уже совсем высоко, глаза озорно блестели. — Полно, Нова, давай помиримся.

— Поми…

Слово замерло у нее на губах. Она заставила себя медленно вздохнуть и сделала вторую попытку.

— Помиримся, — откликнулась она, а потом, резче чем намеревалась — гораздо резче, видят боги, но было таким облегчением просто его видеть, — спросила в упор: — Где тебя носило?

Вал Кон рассмеялся и беспечно поклонился, не выпуская руки рыжеволосой женщины.

— Мне задана тема! Боюсь, что с подробным ответом придется повременить — есть неотложные дела.

Он посмотрел на стоявшую рядом с ним женщину.

— Шатрез, ты уже видела мою сестру Нову?

— Очень недолго, в коридоре — как раз перед той заварушкой в саду, — ответила она. Улыбнувшись, она кивнула: — Привет, Нова.

— Доброе утро, — сказала Нова укоризненно и была весьма недовольна, увидев, что улыбка Мири стала шире.

— Хорошо. — Вал Кон сделал знак, и пожилой разведчик вышел вперед. — А вот мой отец, Даав йос-Фелиум, который, к нашей радости, к нам вернулся и был принят своим Тоделмом.

Представленный таким образом Даав йос-Фелиум наклонил голову и улыбнулся.