В редкие моменты прояснения взгляд выхватывал странные, нелогичные образы. Угрюмое, в пелене туч, небо… Остовы домов медленно проплывают мимо, подобно брошенным дрейфующим кораблям… Прямо над головой маячит угловатая спина не то робота, не то рыцаря, волоча безвольное тело сталкера за собой… Хотя, что за ерунда? Какой, к чертям, рыцарь? Рассудок протестующе возопил, пытаясь вычленить из бредовых видений зерна реального, но очередной спазм отключил измученное сознание.

— Малой, ты чего там щемишься? Иди к огню!

Глупо было отказываться от приглашения. Да и не в том Глеб находился положении, чтобы привередничать. Подхватив тушку добытой в туннеле крысы, мальчик робко подошел к костру, примостился между бугаем в смешной, с помпоном, вязаной шапке и веснушчатым пареньком с гитарой. Народу в тесном кругу оказалось гораздо больше, чем виделось издалека. Прямо над огнем, отекая в пламя каплями жира, шипел и шкворчал на вертеле огромный свиной окорок. Тут же, на импровизированных столах из пустых ящиков, красовались поистине царские яства — невесть где добытая консервированная ветчина, маринованные грибочки и даже белесая травка с жиденькими лепестками — заменитель петрушки, о которой некогда рассказывал Таран.

Окинув «поляну» голодным взглядом, Глеб покосился на трупик грызуна в собственной руке. Его он только что хотел отдать в качестве платы за место у огня, но узрев подобное изобилие…

— Да выкинь ты эту заразу! — ухмыльнулся все тот же мужик в экстравагантной вязаной шапке. — Ешь, не стесняйся. Мы не жлобы какие, ребенка всегда накормим.

Мальчик с благодарностью кивнул и, не медля, накинулся на угощение. Бунтующий от спазмов желудок благодарно заурчал, а Глеб, облизывая жирные пальцы, в первый раз за последние несколько дней улыбнулся.

Череда событий, приключившихся с ним, оказалась настолько неожиданной и пугающей, что теперь вспоминать о них не хотелось. Каждый раз, когда перед глазами вставал образ полудиких огрызков или головорезов-безбожников, мальчик клял себя за то, что открыл тогда эту злополучную гермодверь. Страха пришлось натерпеться — будьте-нате. Особенно неуютно было во время скоротечного боя в коллекторе, когда пули бандитов свистели над головой. А удачно завершившийся побег по прошествии некоторого времени и вовсе казался чистейшей авантюрой. К счастью, караванщики не заметили затерявшегося в толпе рабов чужака, и только благодаря этому удалось незаметно покинуть владения безбожников. Но все пережитые треволнения с лихвой окупились обнадеживающей вестью, которой поделился неугомонный разбойник по кличке Живчик.

А рассказал калека, ни много ни мало, об одном головорезе из их шайки, страдавшем от падучей болезни, по описаниям очень похожей на хворь Тарана. И самое важное в той истории заключалось в том, что бедняга излечился! Выздоровел окончательно и бесповоротно! О том, как и где искать исцеления, Живчику, к сожалению, хватило мозгов умолчать. За эту самую информацию и пришлось расстаться с любимой зажигалкой. Но о весомой потере Глеб старался не думать. За здоровье новообретенного отца еще и не то отдашь…

Мальчик огляделся. Хоть Владимирская и казалась тесной и невзрачной из-за короткого центрального зала, радушие и простота ее немногочисленных обитателей создавали на станции поистине неповторимую атмосферу уюта. Несколько костров, хаотично разбитых вдоль платформы, самодельные палатки вокруг и небрежно сваленные в общую кучу тюки с провиантом — вот, пожалуй, и вся нехитрая обстановка этого непримечательного места.

Шустрый паренек — тот, что с гитарой, — болтал без умолку, разбавляя пустопорожний треп незатейливыми музыкальными экзерсисами. Окружающие звали его Психопатом. Глеб решил не уточнять, за что. Возможно, гитарист был чрезмерно эмоционален, упражняясь в словоблудии… Наблюдая за тем, как ловко порхают пальцы по струнам, мальчик вслушивался в звуки убаюкивающей мелодии, но голова была занята другим.

Возвращаться в разоренное бомбоубежище опасно: огрызки могут поджидать там, и тогда не стоит снова надеяться на удачное стечение обстоятельств. Вопросы, отчего вдруг миролюбивые дикари превратились в охотников и почему ищут именно его, пока придется отложить на потом. Сейчас главное — как можно быстрее найти Тарана и поделиться хорошими новостями. Тот, конечно, будет его искать и начнет с ближайших к Московской станций, поэтому правильней всего сейчас идти к Дыму, на «Электру». Под присмотром мутанта можно будет спокойно дождаться отца.

От размышлений Глеба отвлек очередной взрыв хохота. Зажигал, как всегда, Психопат. Объектом его внимания на сей раз стала группа отдыхающих у соседнего костра. Веснушчатый парень величал их не иначе, как заезжими туристами. Из разговоров мальчик уже уловил, что на станции собралась довольно разношерстная публика. Кого здесь только не было! Приютившие Глеба сорвиголовы оказались роуп-джамперами, а молчаливые дядьки за дальним костром — спелеологами. Нашлось также место для нескольких альпинистов с невесть где добытым снаряжением. Пытаясь прислушиваться к неспешным беседам собравшихся, мальчик лишь запутался в обилии терминов и, как ни старался, так и не понял суть происходящего на станции действа.