– Варанкин! – услышал он сзади насмешливый голос. Резко развернувшись, Капрал увидел медленно обступавших его четверых парней. Девушка, неожиданно засмеявшись, отпрыгнула к мускулистому здоровяку среднего роста.

– Значит, действительно, ты Варанкин Дима? – усмехнулся тот. Чмокнув прижавшуюся к нему Свету, он отстранил ее и шагнул вперед.

– Поедем прокатимся, – внимательно наблюдая за Дмитрием, с усмешкой предложил Утюг. – И не вздумай…

Сильный удар кулака в челюсть отбросил его назад. Трое остальных молча бросились на Варанкина..

Злобно матерясь. Страшила быстро шел вдоль высокого деревянного забора.

– Духи колымские! – бормотал он. – Пол-лимона! Совсем тронулись! Извозчики!

На автовокзале, куда он пришел с Ларисой, стояли два частника. На вопрос о том, сколько стоит проезд до Магадана, оба в один голос назвали сумму, от которой Роман на некоторое время потерял способность что-либо сказать. Зная его характер и заметив быстро и крупно запульсировавший шрам, Лариса поспешно увела парня от автовокзала. И только теперь, очухавшись, шагая по тротуару пустынного поселка. Лугов в полной мере дал волю своему возмущению.

– Роман, – неожиданно остановившись, негромко окликнула его девушка.

– Чего тебе? – все еще злясь, он остановился и недовольно посмотрел на нее. Затем прислушался. Из-за забора доносились характерный шум драки, хриплые, злые возгласы, глухие звуки ударов, мат.

– Нам-то что, – равнодушно поглядел на девушку Роман. – Пошли…

– Духи! Мать вашу! – раздался за забором приглушенный выкрик. Страшила, бросив под ноги девушке большую сумку и едва коснувшись забора руками, бросился в парк.

Подмяв одного из нападающих под себя, вздрагивая от ударов остальных, Дмитрий, сумев освободить руки от сильных пальцев извивающегося под ним парня, вцепился ему в горло. Мощный удар в лицо опрокинул его на спину, отбросил от уже хрипевшего Дьяка. Захлебываясь своей кровью, ногами отбросив одного из бьющих его парней, Варанкин, упираясь руками в асфальт, хотел встать. Сильный удар по ребрам перевернул его на спину. Вскинув руки к разбитому лицу, прижав локти к бокам. Капрал попытался перекатиться на живот. Это ему удалось. И только тут парень понял, его не бьют. Тряхнув головой, он с трудом поднялся. Метрах в двух от него, у забора, рослый парень дрался с тремя противниками Дмитрия.

– Одного я все-таки уделал, – заметив неподвижное тело еще одного, обрадовался Варанкин. Он двинулся на помощь своему неожиданному спасителю. Сильный удар по спине болью взорвался в его избитом теле. Падая, он увидел перекошенное злым криком лицо Светланы и толстую палку у нее в руках. Подскочив, она пнула его ногой. Увидев взметнувшийся вверх конец палки, парень вскинул вверх руки, защищая голову, но удара не было. Раздался пронзительный визг двух женских голосов. Варанкин попытался встать. Лариса и Светлана, вцепившись друг другу в волосы и нанося беспорядочные удары споткнулись об него и придавили парня сцепившимися телами. Сразу вскочив, молодые здоровые девушки, чисто по-женски взвизгивая от злости и боли, продолжали неистово драться. Страшила, свалив одного из противников ударом ноги в грудь, бросился к взмахнувшей палкой над лежащим парнем девушке. Но, увидев кинувшуюся к той Ларису, с резким криком ребром правой ладони смял кудрявому верзиле горло. Последний из троих, отскочив в сторону, выхватил из-за пояса пистолет. Длинная трель милицейского свистка и топот бегущих по асфальту ног мгновенно разбросали противников в темноту парка. Вызванный кем-то нарад милиции, обнаружив двух лежащих без сознания парней, в поисках остальных участников драки, тщательно прочесывал темные заросли.

– Не вздумай чего-нибудь Терминатору вякнуть! – подходя к гостинице, строго предупредил Рудин.

– А почему его Терминатором зовут? – смеясь, поинтересовалась Татьяна.

– Ты его спроси, – усмехнулся стриженый.

– Спрашивала – не говорит.

– В тюрьме, когда он под следствием был, в его камере какой-то скандал получился, – вспоминая, засмеялся Рудольф. – Контролеры ворвались и давай успокаивать. Кого дубинкой, кого кулаками. А один старший лейтенант, оперативник, у него какой-то пояс по каратэ, раза три врезал Вадиму, а тот хоть бы хны. Вот тот старлей и прозвал его Терминатором. А в тех местах прозвища быстро прилипают. Так и стал Вадим Терминатором.

– А он что, правда ударов не чувствует? – удивилась женщина.

– Чтобы оправдать свое прозвище, он по какой-то индийской методике вроде хатха-йоги тело тренировал, – развеселился Рудин. – И чтобы причинить ему боль или вырубить надолго, большим умельцем надо быть.

– Ты его боишься? – внимательно посмотрела на Рудольфа Татьяна.

– Когда к Маркизе поедешь? – уходя от ответа, спросил тот. «Мне бы с ней одной встретиться», – подумала женщина и, немного помолчав, будто обдумывая ответ, пожала плечами.

– Нужно узнать, где она. А спрашивать об этом довольно опасно.

– Ты чего, Олег? – отскакивая от открытой двери, испуганно воскликнула Рита.

– Не ори, сука! – взмахнул тяжелой рукой Меченый. Хлопнув дверью, он угрожающе шагнул к застывшей у стены женщине.

– Ты чего, сучка, рот открываешь? На кой хрен мое имя назвала?

– Он меня ударил, – пропищала Рита.

– Жаль не пришиб! – Данилов схватил ее за отворот халата. – Запомни, шалава! – встряхнул он женщину. – Еще раз что-нибудь про меня вякнешь, на куски порву. Ясно?