– Уходим, – выдохнул Руслан. Он дотронулся до руки дочери, вздрогнув, – она была горячей, как раскаленная конфорка. Девочка подняла на отца глаза – глубокие, наполненные болью и страданием. По подбородку текла тоненькая струйка крови.

– Кристи, – заорал Руслан, стараясь перекричать шум, и девочка нехотя пошла за ним.

Они прошли в дальнюю комнату, Руслан разбил окно, и они вылезли наружу.

– С тобой все в порядке? – затрясла дочь Женя, и та подняла на мать преисполненные горечью глаза.

– Мне очень валко их, – прошептала девочка. – Я не хотела, чтобы им было больно. Они ведь не плохие. Их заставили на нас напасть.

Руслан осмотрел кровоточащую губу девочки. Маленькая царапинка, и все.

– Одна мышка меня укусила. Нечаянно. Надо идти. Влемени почти нет.

– Идем, – решительно сказа Руслан.

Дряхлый дом продолжало трясти, и путники торопливо удалялись от него. За горами стало светлеть, и розовая полоска, предвестник просыпающегося солнца, ширилась с каждой минутой.

Руслан шагал первым, держа в руках Кристину. Через некоторое время трава под ногами начала редеть, вскоре исчезнув совсем. Руслан поднял голову и застыл на месте. Женя с Ингой тоже стояли ошарашенные. Даже после нападения животных то, что они увидели, не укладывалось в рамки разумного.

Никто стоял перед лазом, перебирая в памяти события той далекой ночи. Он не волновался по поводу того, хватит ли у него сил справиться с задачей (возможно, последней задачей в его жизни), он даже не думал о том, что каждый, кто помогал Ей завести Часы, погибал, так как, в общем-то, сам давно уже умер.

Никто рассмеялся. Так хотелось посмотреть в последний раз на восход солнца, на блестевшие капельки росы на травинках, на радостно щебечущих птиц, встречающих рассвет…

Как Она сказала? Вернет ему все? Он не сомневался в возможностях этой пластмассовой ведьмы, но, задав себе вопрос, хочет ли он сам вернуться к прошлому, вдруг растерялся.

«Спускайся, – поторопил его детский голосок. – Когда ты выйдешь обратно, твоя жена и дети будут ждать тебя наверху».

Никто стал спускаться. Первое, что он почувствовал, оказавшись в темноте, – запах. Так, наверное, пахнет сама Вечность.

Под ногами тихо хрустел щебень, скоро лаз пошел круто вниз, и старик, не удержавшись, упал на ягодицы, и покатился вниз, раздирая в кровь руки и колени. И без того ветхая одежда превратилась в лохмотья. Наконец он оказался в знакомом коридоре и, покачиваясь, направился к пещере.

Он даже не обратил внимания, что внутри царила тьма, но видел он при этом прекрасно, лучше всякой кошки.

Через минуту он стоял у рычага. С благоговением дотронулся до него заскорузлым пальцем, по ржавой поверхности пошли голубоватые всполохи, как рябь по воде. Подушечку пальца стало покалывать, как если после зимней прогулки сунуть руку под горячую воду, и Никто, глубоко вздохнув, ухватился за рычаг. Потянул на себя, но он словно врос в скалу. Старик напряг все свои силы, раздался глухой скрежет, на голову посыпалась земляная крошка, и рычаг сдвинулся с места.

Сбоку, в паре метров от него, замерцали глаза-льдинки.

Никто стал медленно крутить рычаг. Раздался первый отчетливый щелчок.

Саша плелся, вяло разговаривая сам с собой. Он не замечал резкой смены обстановки и пейзажа, он не обратил внимания, как солнце в считаные минуты достигло зенита, и теперь раскаленные лучи плавили его запекшиеся раны. Трава куда-то исчезла, и он брел по щиколотки в песке, с трудом волоча ноги.

– Таня… – шептали его потрескавшиеся губы. – Моя Пушишка… Моя…

Вскоре он спустился с холма, чуть не упав при этом, и остановился, прищурившись. Только сейчас до него дошло, как все изменилось вокруг. Черт возьми, тут же были горы, лес! Где все это?

«Не твоя забота, – услышал он злой голос Тани. – Иди».

– Куда? – тупо прошепелявил Саша.

Где-то рядом хрипло каркнул ворон. Саша повернул голову и увидел какое-то отверстие в земле.

– Ага, понял, – парень закивал с идиотским видом и заковылял к лазу.

– Что это? – пораженно спросил Руслан. – Мы все сошли с ума?!

Ему никто не ответил. Даже Кристи, которую в последнее время, казалось, было невозможно чем-либо удивить, изумленно оглядывалась вокруг.