— Наши родичи принесли нам великие новости.

— Что такое, отец?

Клеопатра, моргая, посмотрела на Архимеда, но тот хранил молчание, предоставляя говорить царю.

— Теа мертва, — медленно произнес Авлет, наслаждаясь каждым звуком этих слов, словно они были изысканным лакомством.

Царевна стояла неподвижно, пытаясь осознать услышанное. Казалось, все ждут, как она отреагирует.

— Так мой отец снова царь?

— Твой отец всегда был и оставался царем, — поправил ее Архимед. — Садись с нами, царевна, и выслушай повесть, которую мы принесли, ибо она полна нежданных событий. Царица была убита в своей комнате. Мы не знаем, кто совершил убийство.

— Кто же этот герой? — вопросил Авлет. — Мы должны отыскать этого патриота и вознаградить его.

— Мы полагаем, что это сделал Деметрий.

— Мой друг! Мой спаситель! — воскликнул царь. — Почему же он не присоединился к вам? Почему он сейчас не празднует это событие вместе с нами? Я так тревожился за него!

— Государь, Деметрий тоже мертв. Его тело было найдено через день после того, как мы обнаружили труп царицы. Полагают, что он убил царицу, а затем сам лишил себя жизни.

— О благословенный друг мой! — вскричал Авлет. — Благословенный, дважды благословенный! Почему он поступил так? Почему не пожалел себя? — Он устремил взгляд на потрясенное лицо дочери. — Разве он не знал, что мы любим его?

Клеопатра не отозвалась. Она думала о высоком худом человеке, который стал ее другом, воспитателем, наставником, наперсником. Она не верила, что его больше нет. Он ушел путем Мохамы, похищенный у нее безжалостным роком. Кто будет следующим?

— Он должен быть обожествлен. Вернувшись в Египет, я добьюсь его обожествления. Я похороню его рядом с самим Александром, — промолвил царь. — Он герой и умер смертью героя. Титан под личиной ученого.

Архимед встал рядом с царевной и взял ее за руку. Она крепко сжала его ладонь. Это было так необычно и так знакомо — рука этого человека в ее ладони. Архимед обратился к царю:

— Государь, мы должны отложить на время нашу скорбь. Впереди нас ждут великие трудности. Мы должны действовать с максимальной быстротой, если ты желаешь вернуться в свое царство. В Египте ныне большие беспорядки, но многие продолжают поддерживать тебя.

— Значит, я должен вернуться! Ты говоришь, что больше мне не нужны римские легионы, дабы маршем войти со мною в мой город? Что я могу просто сложить вещи в сундуки и отправиться домой?

Клеопатра ощутила, как напрягся двоюродный брат. Голос его звучал теперь тише:

— Нет, все далеко не так просто. В смятении, последовавшем за смертью царицы, твоя старшая дочь захватила власть.

Береника. Царица амазонок, ныне — царица Египта. Клеопатра вздрогнула, перед ее глазами вновь встало видение: кровоточащая шея Арсинои, ее собственное мертвое тело у ног дитяти и Береника, победно возвышающаяся над сестрами. Неужели она думала об этом с самого детства? Неужели она притворялась, будто испытывает привязанность к Теа, зная, что когда-нибудь использует эту близость для низвержения сестры-мачехи?

— Захватила? Что ты имеешь в виду под словом «захватила»? Как может дерзкая девчонка захватить власть? — В голосе царя звучало не потрясение, а скорее пренебрежение. — Береника — всего лишь ребенок. Идемте, подготовимся к отъезду домой.

Архимед выпустил руку Клеопатры и шагнул к царю.

— Ей восемнадцать лет. И ее поддерживает евнух Мелеагр, демы Среднего Египта и армия. Жрецы Верхнего Египта и некоторые греческие общины в городах остаются верны тебе. Но в целом положение невеселое. Вот почему я оставил свои занятия науками в Греции и вернулся, чтобы служить тебе, государь.

Царь снова уселся в кресло и яростно выдохнул, словно стараясь изгнать радость прочь из своего тела и души. Архимед продолжал:

— Очевидно, Мелеагр ищет поддержки для Береники по всей стране. Он отправил посольство к Селевку, сирийскому принцу из числа незаконнорожденных отпрысков, предлагая ему жениться на Беренике и привести свою армию в Александрию. Говорят, что Береника против такого брака, но Мелеагр активно добивается его, поскольку Селевк — это человек, которого он сможет контролировать и который будет ему признателен.

Потрясенный царь не сказал ничего. Клеопатра ждала, что он, как у него водилось, разразится проклятиями в адрес ее сестры, перенеся всю ненависть к Теа на Беренику. Но царь просто сидел недвижно, как будто его пырнули кинжалом в спину и он уже умер от этой предательской раны.

— Государь, предстоит многое сделать. Мелеагр послал делегацию в Рим, чтобы они вели там речи против тебя.

— Сюда? Сюда, в Рим? Но он же всегда был против всего римского, — возразил царь.

— Они именуют себя Сотней. Я полагаю, что он щедро заплатил им, дабы они явились сюда. Но они все предатели. Посреди пути примерно двадцать из них оставили посольство и присоединились к сицилийским пиратам в погоне за наживой. Такова их верность своему делу.