— Вы откуда?

— Из Киркторнтона, сэр. Отвез продавцу дичь — тридцать пар куропаток.

— Хорошо он вам заплатил?

— Вполне.

— А план завтрашней охоты продумали?

— Из-за него-то я и приехал, сэр, хотел посоветоваться. Мистера Эрда с нами не будет, он в Америке.

— Да, знаю, он звонил мне перед тем, как улететь. Поедем в Криген Даб?

— Совершенно верно, начнем с ущелья. Прочешем берег, потом повернем в сторону кряжа.

— А после обеда? Не попытать ли счастья на склоне?

— Решайте сами, сэр. Только учтите, птицы очень пугливые. Выпорхнут из кустов, тут уж не зевай.

— Охотники знают, что обязаны собрать всех подстреленных птиц и снести вниз? Раненых найти всех до единой. Я не могу допустить, чтобы подбитые птицы оставались умирать.

— Не беспокойтесь, сэр, охотники знают все правила. И потом, в этом году у них много хороших собак.

— Как вы охотились в понедельник, удачно?

— Был довольно сильный ветер, всюду вода. В небе появились орел и коршун, и куропатки до смерти перепугались. Они или вообще не вылетали, или разлетались в разные стороны. И все равно нам повезло: тридцать две пары.

— А олени?

— Да, видел большое стадо. Они шли по самому хребту, я так ясно видел их силуэты…

— А что мост через Тейтниберн?

— Я уже починил его, сэр. Вода разлилась от дождей, его чуть не снесло.

— Отлично. Вряд ли господа из Лондона обрадовались бы неожиданному купанью. А загонщики на завтра есть?

— Есть, шестнадцать человек.

— А кто будет прикрывать фланги? Когда мы охотились прошлый раз, то упустили много птиц, потому что с флангов почти никого не было.

— Было всего двое, да толку от этих бездельников никакого. Зато завтра выйдут сын директора школы и Вилли Снодди. — Егерь встретился взглядом с Арчи, и оба усмехнулись. — Ну что поделаешь, он старый мошенник и пьяница, но на охоте ему цены нет.

Гордон переступил с ноги на ногу, снял шляпу, почесал затылок и снова водрузил шляпу на голову.

— Вчера рано утром я пришел к озеру, и знаете, кого там застал? Его, родимого, он тащил из воды форель, а рядом его старый кабыздох. Он почти каждый вечер ставит верши, а чуть свет вынимает.

— И часто вы его видите?

— Старый плут прокрадывается от деревни задами, но я его несколько раз засек.

— Конечно, Гордон, я знаю, что он браконьерствует, как и наш деревенский полицейский. Но он всю жизнь воровал, разве сейчас его остановишь. Вот я и молчу. И потом… — Арчи улыбнулся, — если его посадить в тюрьму, кого мы выставим с флангов на охоте?

— Тоже верно, сэр.

— Есть чем платить загонщикам?

— Съездил с утра в банк и взял денег.

— Ну что ж, Гордон, вы, я вижу, ничего не упустили. Спасибо, что заглянули. До завтра.

Гордон уехал в своем «лендровере», а Арчи продолжал сгребать листья. Едва он подмел газон, как снова услышал на дороге шум машины и решил, что теперь это уж наверняка катит Грустный Американец. Знать бы, как этого идиота зовут. Арчи снова остановил комбайн и выключил мотор, готовясь встретить гостя, осторожно спустил ноги на землю, и тут вдруг понял, что машина, которая приближается, — «субару» Эдмунда, и, стало быть, едет вовсе не Грустный Американец. За рулем сидела Вирджиния, рядом с ней какой-то мужчина. «Субару» остановился. Арчи, мучительно прихрамывая, двинулся к гостям, но они уже вышли из машины и пошли ему навстречу.

— Вирджиния!

— Привет, Арчи. Я привезла вам вашего гостя.

Арчи растерянно посмотрел на незнакомого мужчину. Высокий, отлично сложенный, красивый, с резким мужественным лицом. Не первой молодости, очки в черепаховой оправе.

— Конрад Таккер. Арчи Балмерино, — представила их друг другу Вирджиния.

Мужчины пожали друг другу руки. Арчи сказал:

— Простите… я ждал, что вы приедете один, во взятой напрокат машине…

— Я так и собирался, но…

— Сейчас все объясню, — прервала Вирджиния. — Арчи, это невероятное совпадение. Я встретила Конрада вчера вечером в Релкирке, в гостинице «Королевская». Увидела и глазам не поверила, он будто с Луны свалился. Мы старинные друзья, знаем друг друга с юности, когда я еще жила на Лонг-Айленде. Поэтому вместо того, чтобы ночевать в гостинице, он приехал со мной в Балнед и провел ночь у нас.

Итак, все прояснилось.

— Какая удивительная случайность, и как хорошо вы придумали.