Ирэн с Ханной чокнулись бутылками.

— Могу я присесть? — Ирэн кивнула на складной стульчик.

— Пожалуйста, пожалуйста. — Ханна стала торопливо убирать рисунки.

Ирэн со вздохом облегчения опустилась на шаткий стул, возложив вытянутые ноги на алюминиевый контейнер для аппаратуры.

— Как здесь хорошо! Особенно в это время. Солнце село, и остывающие камни потрескивают. Такого нигде больше в мире не испытаешь, только здесь.

— Ну, у меня, конечно, нет такого опыта, как у тебя, однако я полностью тебе верю. — Ханна смущенно улыбнулась. — Правда, в отношении твоей критики в адрес мужчин — тут я с тобой не согласна. Нет, все-таки должны же быть исключения. Например, Крис.

Взгляд Ирэн задержался на климатологе, безучастно взиравшем на огонь костра.

— Уже добрых полчаса сидит вот так, словно изваяние. Можно подумать, что он заснул с открытыми глазами.

Ханна молчала.

— А вообще-то довольно занятный тип, — продолжала делиться мнением о Крисе Ирэн. Пиво явно развязало ей язык. — Говорит мало. В основном торчит у Медузы, что-то записывает. Надписи на цоколе лишили его покоя. Ко всему иному и прочему, он единственный, на ком я обломала зубы.

Ханна недоуменно уставилась на американку.

— Нет-нет, не пойми меня буквально. В конце концов, никаких серьезных видов у меня на него не было. Так, парочка пассов. Ты же в курсе, как это происходит. Взгляды искоса, улыбочки и так далее. Потом суммируешь все и понимаешь, каковы твои шансы.

Ханна вертела запотевшую бутылку пива между ладонями.

— Боюсь, по этой части у меня опыта маловато. Куда меньше, чем у тебя. Да и вообще, мое общение с противоположным полом в последние годы почти сошло на нет. На кого здесь рассчитывать?

— Как на кого? Не станешь же ты меня убеждать, что у тебя с Абду ничего не было. Он просто очаровательный. Такой симпатяга, в особенности если питаешь склонность к африканцам.

Ханна в ответ лишь покачала головой:

— Абду без ума от своей жены. У него четверо детей в Альджере. Он счастлив в браке. Ему ничего не нужно. Счастливый брак для туарега — дело обычное. К тому же совместная работа похоронит любой роман. Сплошные ссоры.

Ирэн, откинув голову, стала всматриваться в небо.

— Верно говоришь. У меня подобные связи тоже не затягивались надолго. Два месяца в одном месте, потом три в другом. Вот так все и сходит на нет. Поэтому я предпочитаю не бросаться очертя голову в серьезные отношения. Но согласись, и без секса жизнь пресновата. И пожалуйста, не пытайся убедить меня, что у тебя на этот счет другое мнение.

Ханна с легкой досадой почувствовала, что разговор приобретает слишком уж интимный характер. К тому же она вынуждена была признать, что за последний год у нее не случилось ничего, о чем можно было вспомнить. Во всяком случае, месяцы в пустыне были заполнены работой, и только ею. В последний раз она спала с мужчиной во время короткой отлучки в Германию. Вскоре после обнаружения Медузы Ханне понадобилось съездить во Франкфурт-на-Майне, в Институт Гёте. На родине необходимо было продлить разрешение на проведение исследовательских работ в рамках проекта Института Фробениуса. Тогда и произошла случайная встреча с Паулем, с которым они когда-то вместе учились. Хотя этот Пауль и оказался порядочным занудой, что-то в нем пробуждало в Ханне материнские инстинкты. Кроме того, как любовник он был ненасытен и терпелив. И что самое главное, всегда под рукой, чего никак нельзя сказать о ее прежних приятелях и коллегах. Пауль всегда был тут как тут. В нужный момент он никогда не оказывался ни в отпуске, ни в тисках не терпевших отлагательства обязательств. Вероятно, именно это его постоянство и пробуждало в Ханне романтические чувства. И все же Пауль не принадлежал к числу мужчин, в обществе которых можно было бы при случае покрасоваться перед подружками, выдав его за серьезное приобретение. Иное дело Симон, с которым она рассталась четыре года назад. Точнее, он с ней расстался.

Мысли Ханны незаметно перенеслись в прошлое. Впервые, наверное, за целый месяц ей вспомнился Симон Герлинг. Прямо-таки рекорд. Прежде дня не проходило, чтобы Ханна не вспоминала об этом человеке, не представляла бы себе, чем он занят или где пребывает. Вероятно, эту связь можно отнести к разряду «настоящей любви». Вот ради него она не задумываясь поставила бы крест на карьере, чтобы всецело отдаться семейному счастью. Видимо, Симон понимал это и скорее всего именно потому и поспешил улизнуть. Но что бы там ни способствовало их расставанию, для Ханны оно послужило толчком. Бросив все, она ринулась к Теодору Моно, чтобы обрести уединение в пустыне. Внезапно она очнулась от размышлений, заметив, что Ирэн вопросительно смотрит на нее.

— Ты будешь смеяться, но в последнее время я с головой ушла в работу, так что не было времени думать на эту тему. Наверное, и о сексе можно позабыть. Да я, в конце концов, и не отношусь к сердцеедкам, — ответила наконец Ханна.

— Вот уж ерунда так ерунда! — выпалила Ирэн. — Знаешь, голубушка, не скромничай. Ты очень симпатичная, привлекательная женщина, поверь мне. Вот хотя бы взять Криса. Знаешь, я заметила, какими глазами он смотрел на тебя, когда впервые увидел. В них был нескрываемый интерес.

Ханна почувствовала, как по телу разливалось приятное тепло. То ли от выпитого пива, то ли от комплимента Ирэн — Ханна не стала ломать голову. Главное, у нее было хорошо и покойно на душе. Любопытно. А ведь ей тоже показалось, что Крис неравнодушен к ней. Оказывается, и от Ирэн не укрылась его заинтересованность. Кто знает, может, и вправду что-нибудь да получится? Улыбнувшись, Ханна приложилась к бутылке и с наслаждением сделала глубокий глоток, прочувствовав, как освежающая прохлада напитка проникает внутрь. Взглянув на место у костра, где только что сидел Крис, она увидела, что климатолог исчез.