– Их наняли, чтобы убить женщину с приметами нашей Татьяны, – закончил он свою речь. – Заплатили щедро. Платили через посредника, который им был хорошо известен. План дома дал он же.

– Надо допросить посредника, – веско уронил человек в золотых очках.

– Хорошо бы, – вздохнул капитан, – да вот беда: к тому времени, как мои люди добрались до него, он был уже не в состоянии отвечать на вопросы.

– Простите, – насторожился Владислав, – это надо понимать так, что он был мертв?

– Я предпочитаю термин «летальный исход», – любезно сообщил Калиновский, – который наступил в результате трех выстрелов, произведенных неизвестным в голову и грудь потерпевшего между часом и тремя ночи.

– Чудненько, – пробормотал Владислав, совершенно ошеломленный этой информацией.

– Кто-то заметает следы? – прищурясь, спросил Ипполит Сергеевич.

– Да, – помедлив, согласился капитан. – И это очень странно.

– Почему?

– Потому что мы знаем, что Ангела Смерти нанял Белозеров, да он и не скрывает этого. Значит, именно Белозеров прислал боевиков этой ночью. Зачем же ему убивать посредника? Обычно от посредника избавляются, чтобы нельзя было выйти на заказчика.

– А если заказчик сам Ангел? – подал голос Никита Боголюбов. – Он-то как раз не очень жаждет, чтобы его узнали.

– Такое в принципе тоже возможно, если бы не одно «но». Насколько мне известно, у Ангела одно время было несколько посредников, но он всегда устраивал свои дела таким образом, чтобы те не могли ничего о нем узнать. Нет у него привычки убивать тех, кто, в сущности, дает ему хлеб.

– Ну, это только ваши домыслы, – отрывисто бросил Ипполит Сергеевич. – Как бы то ни было, посредник нам уже ничего не скажет. Так что же – у нас не осталось никаких следов, чтобы отыскать этого Ангела и заставить его… успокоиться?

– Упокоиться, – пробормотал Никита.

– Почему же, – спокойно возразил Калиновский, – самый главный след нам дала дражайшая Татьяна Максимовна.

– Александровна, – поправила я его.

– Бесценная Татьяна Александровна, – согласился этот прохвост, махнув рукой. – Она вспомнила, что у нашего клиента не хватает одного сустава на правом мизинце. Как вы понимаете, в Москве не так много людей с подобным недостатком. Думаю, очень скоро мы его найдем.

– В самом деле? – иронически осведомился пират. Пальцы его правой руки нервно постукивали по столу.

– Согласитесь, не так-то много людей умеют виртуозно обращаться со взрывчаткой и стреляют, как снайпер-профессионал. Стало быть, это бывший военный, а все военные где-то учтены. Другой вариант попросту невозможен. Возраст нашего стрелка нам известен, остается только проверить все соответствующие базы данных в поисках человека, потерявшего фалангу правого мизинца. Верьте мне, он от нас не уйдет.

– Мы вам верим, верим, – убийственно вежливо отозвался Охотник.

– Куда больше, – продолжал Калиновский, сделав вид, что не замечает его сарказма, – меня волнует сообщник Ангела Смерти. Тот самый, который вручил посреднику карту дома, где находилась ваша приманка… и, судя по всему, это человек из вашего окружения, Ипполит Сергеевич.

– А эту карту нельзя достать у архитектора? – поинтересовалась я. – Или в каких-то государственных органах?

– Я уже думал об этом, – ответил капитан. – Но эта карта нарисована явно не архитектором, ее набросал человек, не имеющий понятия о масштабе и прочем. Кроме того, по сравнению с первоначальным планом кое-что на даче было переделано, и эти переделки на плане тоже есть. Нет, это именно человек, который вхож к вам в дом, Ипполит Сергеевич. Не знаю, кто это, но ясно, что у киллера или у Белозерова – что в данном случае одно и то же, поскольку они действуют сообща, – в вашем окружении есть осведомитель.

Ипполит Сергеевич тяжело провел рукой по лбу.

– Осведомитель, – ровным голосом продолжал Калиновский, – он же фактически сообщник Ангела Смерти, по каким-то причинам переметнувшийся к нему. И для нас жизненно важно найти его, не мешкая.

– Это мог быть любой из охранников моей дачи, – проскрипел Ипполит Сергеевич, ни на кого не глядя.

– Допустим, – ухватился за эту возможность неутомимый капитан. – Вот здесь на плане отмечена комната, в которой поселили Татьяну. То есть охранник узнал об этом и отлучился, чтобы передать план кому надо. Между тем, насколько мне известно, в день приезда Татьяны и позже, когда было совершено нападение, никто с дачи не отлучался, все находились в полной боевой готовности.

– А он не мог надиктовать план по телефону? – спросила я.

Все с удивлением оглянулись на меня.

– По телефону? – поразился Владислав.

– Ну да. Просто позвонил и описал, как устроен дом. Тогда это объясняет, почему план был так скверно нарисован, без понятия о масштабе и прочего. В принципе нападавшим была нужна только схема, чтобы разобраться, где что находится.

– После чего осведомитель, он же охранник, остался на месте и даже не попытался сбежать, – подхватил Калиновский иронически. – Всех охранников дачи, кстати сказать, положили в первые же минуты нападения. Неужели осведомитель был таким идиотом и не понял, куда ветер дует?