— Почему вы ищете покоя? — повторил Гамид.

Она не ответила. Наступила пауза.

Затем он сказал, указывая хлыстом на восток:

— Слушайте!

В отдалении совершенно ясно раздавался звук возносящихся к небу вечерних молитв. Ясный свет проходящего дня падал на их лица, заливая багровыми полосами вечернее небо и золотую даль пустыни.

Гамид посмотрел на нее, и в его глазах отразилось чувство, наполнявшее его душу.

Было уже поздно, когда они вернулись в отель.

Каро отправилась в свою комнату, но по дороге, ей навстречу, поднялся Джон, сидевший в одном из удобных кресел большого вестибюля. Она подождала, чтобы он подошел к ней, и ей было странно встретиться с ним здесь как с чужим.

Он приблизился к ней, какой-то смущенный, и в голосе его звучала неловкость, когда он сказал:

— Послушай, Каро, я хотел сказать тебе... Надеюсь, ты не обидишься и правильно поймешь меня, но дело вот в чем. Ты не должна так часто встречаться с этим египтянином. Ходят слухи, которые я не могу передать тебе, но ты должна верить мне; я думал, что ты сама поймешь...

— Что? — спросила Каро с легкой улыбкой.

Джон покраснел:

— Ты знаешь, что я хочу сказать. Женщине, занимающей известное положение в обществе, не подобает так часто встречаться с египтянином, будь он даже принцем.

Под маской насмешливого безразличия Каро скрывала резкое раздражение и гнев.

— Твоя забота обо мне очень трогательна, но совершенно лишняя, — медленно произнесла она.

Джон сердито усмехнулся:

— Я мог предвидеть, какой ответ получу от тебя! Я хотел... О, я не знаю... Мне все равно. Я уезжаю завтра. Прощай!

Несмотря на гнев и раздражение, в сердце Каро слово «прощай» отозвалось болью. Прощаться с ним здесь, в отеле, таким образом, после всего, что было в прошлом!

— Прощай, — сказала она машинально.

Джон взял ее руку и смущенно произнес:

— Каро, я не хотел тебя обидеть, я хотел лишь предупредить тебя...

Он ушел и исчез в темноте звездной ночи, словно оставив позади себя все прошедшие годы и готовясь начать новую жизнь.

Каро увидела его стройную фигуру из окна своей комнаты и на короткое мгновение была готова позвать его, согласиться на примирение. Свет фонаря проехавшего мимо автомобиля упал на его лицо, и она знала, что он улыбается.

Ужасное чувство одиночества охватило ее.

ГЛАВА XV

Сфорцо обедал со своим братом в прохладном зале ресторана, переполненного изысканной публикой. На столике стояли красные цветы и лампочка под красным абажуром. Посетители ресторана поглядывали на них и тихим шепотом передавали друг другу, что высокий, стройный, темноволосый человек за изящным столиком был знаменитый Эссекс.

Роберт откинулся на спинку стула:

— Я лишь вчера вернулся из моего путешествия по пустыне, где я нашел новый оазис. Скажи, Джиованни, ты знаешь принца Гамида эль-Алима?

— Да.

— Говорят, он ухаживает за прекрасной миссис Клэвленд, которая разводится со своим мужем.

Сфорцо прервал его движением руки.

— Ты хорошо обо всем осведомлен, — холодно заметил он.

Роберт рассмеялся веселым, мальчишеским смехом:

— Я хорошо осведомлен обо всем, что творится здесь.

Бросив внимательный взгляд в залу ресторана, он быстро спросил:

— Кто эта красивая женщина, которая вошла одна?

Сфорцо знал, не оборачиваясь, что это была Каро. Он оглянулся машинально. Конечно, это вошла она.

— Боже мой, какая красавица! — продолжал Роберт. — Такая молодая и прелестная, как весна, как распустившийся цветок. Ты знаком с ней, Джиованни?

— Это миссис Клэвленд, — спокойно ответил Сфорцо.

У Роберта вырвалось восклицание удивления:

— Миссис Клэвленд, за которой ухаживает Гамид эль-Алим?

— Да, — медленно подтвердил Сфорцо.

Его сердце так сильно билось, что у него захватило дыхание.

— Говорят, что он безумно влюблен в нее. Они каждый день уезжают верхом в пустыню. Я думаю, что он хотел бы жениться на ней, но это невозможно, — продолжал младший брат, не замечая волнения старшего.

Сфорцо принудил себя к спокойствию.

— Почему? — спросил он.

Роберт посмотрел на него и рассмеялся:

— Мне кажется невозможным, чтобы такая женщина, чуткая и утонченная, могла выйти замуж за араба. Ты, кажется, знаком с ней, Джиованни?

— Да, — повторил Джиованни. — Познакомить тебя с ней?

Они подошли к столику Каро, которая посмотрела на них, улыбаясь.

«Она хорошо относится к старине Джиованни», — решил Роберт, и его предубеждение, испытываемое им по отношению к ней, сразу исчезло.