Докладчик выключил голографическую систему, на которой диаграммой была представлена зона Иссела, и повернулся лицом к аудитории.

— Такова оперативная обстановка на сегодня, джентльмены. Вопросы есть?

Адмирал Дюфар подался вперед.

— Вы сказали, что Иссел находится в блокаде, лейтенант. Как это скажется на их внешней торговле и положении населения, и как скоро? Вы это просчитывали?

— Дело обстоит так, сэр, — ответил офицер, — что поддержание населения не станет проблемой в том случае, если блокада продлится на неопределенно долгий срок, разумеется, при условии, что нынешняя ситуация не выйдет из-под контроля. На Исселе хорошо развито сельское хозяйство и система распределения. Опасность представляют боевые действия, которые неминуемо начнутся. Тогда придется снабжать оставшиеся базы, что повлечет ухудшение положения на планете. У нас есть сомнения в том, что исселианцы способны продержаться в условиях интенсивного конфликта. Именно тогда им придется искать помощи у союзников, в первую очередь На-Шива, и трудно сказать, насколько эффективной окажется эта поддержка.

— Когда, ориентировочно, следует ожидать прибытия флота из района Бакалского Пояса? — спросил Дюфар. — Могут ли начаться боевые действия до его появления?

— Бакалский флот может подойти через два-три стандартных месяца, — ответил лейтенант. — По всей вероятности, боевые действия к этому времени уже начнутся.

Адмирал кивнул.

Больше вопросов не было. Лейтенант извинился и быстро вышел из зала, а Дюфар повернулся к Лухану.

— Хорошенькое у них положеньице, — сказал он, качая головой. — Но у нас хватает своих проблем. Как идет подготовка к переходу?

— Хорошо. — Лухан постучал по папке, лежащей перед ним на столе. Такие же были и у остальных собравшихся. — Сегодня во второй половине дня мы проработаем пробный вариант, внесем необходимые изменения, а утром я хотел бы, чтобы ты, Арин, проверил все объекты здесь. — Он отодвинул от стола кресло и поднялся, остальные вытянулись по стойке «смирно». За дверью конференц-зала их ждали репортеры сети новостей, сдерживаемые охранниками из Службы безопасности. В их сопровождении Лухан и Дюфар прошествовали по скупо освещенному коридору к мрачному, напоминающему пещеру входу. Журналисты следовали за ними.

— В данное время мы осуществляем процесс подготовки к передаче комплекса местным властям умедо. Снимаем оборудование, прекращаем все операции, — рассказывал Лухан. — Как вы знаете, Иссел имел здесь, на Саэде, свои базы. Ассак — недавнее приобретение. Все население умедо, очевидно, было вывезено, когда сюда пришли люди Мордана.

Они поднялись на поверхность и словно попали в сауну. Пробивавшийся через листву тропических джунглей солнечный свет ложился на клубы тумана. Спутник Лухана невольно прищурился.

— Можно понять, почему умедо так хотят заполучить назад свои строения! — заметил Дюфар.

Неподалеку застыли три транспортера, на одном из них развевался адмиральский флаг. Солдат четко отсалютовал.

— Доброе утро, джентльмены.

— Доброе утро, Брион, — ответил Лухан и забрался в машину. За ним последовали Дюфар и охрана. Устроившись, Лухан сказал: — Сейчас мы строим новый командный пост на одной из площадок. Исселианцы соорудили в лесу несколько посадочных комплексов, мы увидим их на обратном пути. А сейчас отправимся в лагерь военнопленных.

— Сейчас, когда ситуация в исселианской системе осложняется, — заметил Дюфар, — репатриировать этих пленных будет настоящей проблемой.

— Знаю. Я уже думал об этом. — Лухан посмотрел через плечо водителя на прорубленную в джунглях узкую полосу дороги. — К тому времени, когда будет заключено перемирие, от их родины мало что останется.

— Даже если предположить, что нам удастся убедить нынешних правителей Иссела начать переговоры… — Дюфар покачал головой. — Не знаю, Лухан. Мне это просто не нравится. Все может выйти из-под контроля, из-за любой мелочи.

Лухан кивнул.

— Будем надеяться, что этого не случится.

Света едва хватало, чтобы различить тени других пленников, сбившихся в кучки за проволочными перегородками. По проходу расхаживал охранник. Лиц было не разобрать, но Очакас чувствовал, что за ним наблюдают. В лучшем случае их глаза затянуты дымкой недоверия, в худшем они горели ненавистью.

В первый раз, когда его привели сюда, он чуть было не погиб.

Теперь Очакас даже не мог вспомнить, когда именно это произошло. Его пленители-мазуки провели их четверых по длинным светлым кавернам «террариума» — природным образованиям, тянувшимся под поверхностью спутника многие километры. Исселианские рабочие расширили и продолжили их для выращивания кислородовырабатывающих лишайников, а также для удобства обслуживающего персонала.

В тех местах, где проступали красновато-коричневые жилы кармитной руды, строились шахты. Именно ради кармитной руды сюда пришли люди, именно ради нее выращивались необходимые для жизни лишайники. Стволы этих шахт разбегались во все стороны. Постепенно каждая превращалась в независимый комплекс со своим контрольным офисом, эксплуатационными службами, транспортными шаттлами и всем прочим.

Комплекс Малин Пойнт, как полагал Очакас, был в этом отношении совершенно типичным. Когда шахты превратились в поселения для заключенных, их изолировали от пещер, так что теперь попасть в них можно было только по заново проложенным туннелям.