Засвистели, защелкали пули – боевики были и в самом комплексе.

– Отставить! Стоп! Укрыться за броней! Снайперам начать работу!

Бронетранспортеры остановились один недалеко от другого, бойцы посыпались с брони, прикрываясь ею от пуль.

– Огонь только по видимым целям!

Пули били по броне, с одного из резервуаров работал пулемет.

Бабахнула короткой очередью автоматическая пушка, просверкнуло, вспыхнуло именно там, где только что зло мерцал огонек пулемета.

– Отставить! Угроза взрыва!

Территория нефтеперерабатывающего комплекса – здесь нельзя действовать «Громовержцу», здесь вообще нельзя применять тяжелое вооружение, и даже от легкого может вспыхнуть пожар. Определенную свободу действий имеют только снайперы.

Бухнула винтовка, потом еще раз.

– Их там человек десять, – оторвался от прицела снайпер, – как минимум. Пока не будет непосредственной опасности, они не высунутся.

– Гранатометы?

– А как без них…

Командир принял решение:

– Группа! Слушай мою команду! Снайперы поддерживают огнем отсюда! Остальные, под прикрытием брони, выдвигаются к комплексу и уничтожают противника в ближнем бою. Стрелять только по ясно видимой цели, трассирующие патроны не использовать.

Первыми под раздачу попадут бронетранспортеры. Это не тяжелые, обвешанные решетками монстры, способные выдержать моноблочную кумулятивную гранату, это гости из семидесятых. Тогда казалось, что не за горами большая война, и защищенность приносили в жертву мобильности, основной функцией бронетранспортера считалась доставка пехотных подразделений к полю боя. Какие фугасы, какие гранаты – разве успеет отступающий противник заминировать дороги фугасами? Да мы его…

А война пришла, но не такая, как предполагали. Страшная и грязная. А эти бронетранспортеры – у них лобовая броня едва выдерживает ДШК, а борт можно проткнуть даже современным бронебойным патроном снайперской винтовки.

Потом, как подожгут броню, хана придет и остальным. Это террористы могут бить шквальным огнем вовне комплекса, это террористы могут применять противотанковые гранатометы, а им следует выверять каждый выстрел.

И выхода иного тоже нет…

– Вперед!

Бронетранспортеры поползли вперед на малом, самом малом газу, прикрывая своим стальным телом бегущих спецназовцев, как обычную пехоту. По ним стреляли, но пока так… чтобы обозначить присутствие. Пока за них всерьез и не брались…

Первый бронетранспортер только начал разворачиваться на девяносто градусов, въезжая на ведущую прямиком к комплексу дорогу, как позади бухнула винтовка.

– Минус гранатометчик, – доложил один из снайперов.

В тот момент все поверили, что, может быть, и обойдется. Может быть, снайперы все же прикроют их, не дадут прицельно стрелять по броне, и они сумеют сблизиться с противником, ворвутся в периметр, а там уже инициатива перейдет к ним, потому что в ближнем бою равных им здесь нет.

За спиной снова бухнули с интервалом в долю секунды еще две снайперские винтовки, бронетранспортер стальным жуком упрямо пер вперед, они бежали за ним пригнувшись, их обдавало горчим солярным выхлопом, и они думали, что вот-вот – и все. Они прорвутся…

Не получилось.

Как только головной бронетранспортер поравнялся с разрушенным зданием КПП, оно моментально исчезло. Больше сотни килограммов тротила, моментально превратившись в облако раскаленных газов, двигающееся со скоростью, превышающей скорость звука, смели и опрокинули головной бронетранспортер и тех, кто за ним прятался. Второй бронетранспортер устоял, но живых почти не осталось и там, слишком сильно ударила взрывная волна.

Ошибка, когда, опасаясь взрыва емкостей с продуктами нефтепереработки и, самое опасное – с попутным газом, решили штурмовать завод только наземными силами, без авиационного компонента, используя специальные, хорошо подготовленные отряды глубинной разведки, как пехоту, обошлась предельно дорого – в семнадцать убитых. Но и боевикам торжествовать не пришлось – тем, кого не уничтожили снайперы, жить оставалось недолго. Два вооруженных вертолета, прикрывавших высадку десанта на летное поле, без команды пошли в сторону завода. Это были «Черные акулы», «В-80», почти несбиваемые «летающие танки», вооруженные тридцатимиллиметровыми пушками от боевой машины пехоты. Встреченные огнем и даже гранатометными выстрелами, они не уклонились, пошли в атаку и точным огнем пушек за несколько минут подавили все цели, какие там были, вызвав несколько очагов пожаров, два сильных, но взрыв так и не произошел. Задача была выполнена, остров – зачищен.

Вот только погибших уже не вернуть.

Запад есть Запад, Восток есть Восток. Им никогда не соединиться.

Столетиями эта земля жила, поклоняясь Аллаху и не принимая никаких изменений. Точно так же сидели у чайханы старцы, точно так же возились в пыли быстрые, черноглазые бачата, точно так же тянули свое тягло дехкане. Сонный, древний, тягучий, как золотистая капля липового меда, Восток и не знал, что здесь, на его земле, стиснутой на картах меридианами и параллелями, год за годом, десятилетие за десятилетием ведется игра. Потом ее назовут «Великая шахматная партия», как дань мастерству и величию игроков, игравших в нее. Пальмерстон, Сазонов, король Англии Эдуард, Горчаков, Муравьев, Уинстон Черчилль, Александр Четвертый Великий, сэр Эдуард Грей. Все они не раз и не два склонялись над картами, мысленно перекраивая этот край, дикий и засушливый, не имеющий видимых богатств (под землю тогда не заглядывали). Этот край, хартлэнд, срединное царство, во многом определял положение сил на евроазиатском континенте. Контролируя хартлэнд, можно было направлять угрозы в любую сторону света.