Наблюдательный зал 1

Центр связи корпорации «Баксоленд», 06:40

Сержант Чарльз Хватпол пил первую за сегодняшний день чашку крепкого кофе и наблюдал за «Парком Прошлого» на экранах в центре связи. Над сумрачным городом занимался рассвет. Смотреть бы и смотреть, как в первый раз… Искусственный туман смягчал и затушевывал желтеющие силуэты газовых фонарей. Смазанные в мглистой дымке баржи, дрожащее марево вокруг фонарей — все складывалось в утонченную предрассветную пастель, достойную кисти Джеймса Уистлера. Хватпол замечтался и вздрогнул от вспышки света и внезапной суеты на экранах; на пульте загорелся сигнал тревоги.

Сержант поставил пластиковый стаканчик с кофе на стол и аккуратно приладил крышку. Затем выбрал одну сцену, увеличил на главном мониторе и вывел на шесть экранов поменьше. Миниатюрная сторожевая камера, одна из новейших моделей «Шпионов» среагировала на движение в закрытой зоне и теперь транслировала картинку.

Хватпол потянулся к тревожной кнопке. Засек координаты, увеличил изображение… И тут же выбрал код тревоги, оранжевый — это неизбежно привлечет внимание инспектора Хадсона в соседнем кабинете. Сержант оставил прямую трансляцию с камеры-шпиона на одном экране, а на других уменьшил картинку и принялся проигрывать сюжет снова и снова. Буквально через минуту прибежал и начальник, Хадсон. Экраны бликовали голубыми квадратиками на его униформе.

— Что такое? — Хадсон грузно опустился на соседний стул, придвинулся к столу Хватпола и скрестил руки на груди, как бы сомневаясь, что дело важное.

— Посмотрите-ка сюда. — Хватпол ткнул кофейной ложечкой в центральный ряд экранов. — Минут пятнадцать назад я заметил, что на этом участке сработала охранная сигнализация. Проверил по расписанию работ — нет, не случайное срабатывание. На территорию проник посторонний! А еще через минуту камера-шпион сработала на движение и с тех пор передает вот это.

Хватпол снова вывел картинку на основной экран. Камера ночного видения выдавала зеленоватое изображение с верхушки старой «Башни 42». На полуразрушенной крыше неподвижно стоял человек в развевающемся плаще.

Хадсон тихо предложил:

— Надо бы приблизить и пробить его по базе.

Хватпол провел пальцами по экрану; изображение задрожало, пошло белой рябью, затем сфокусировалось. Крупный план: лицо в маске, лишь глаза сверкают в прорезях.

— Господи, это он, совершенно точно, — вздохнул Хадсон. — Вернулся…

На экране застыло лицо в маске. Хватпол переместил стоп-кадр в отдельное окошко.

Хадсон прав — похож!

Хватпол снова дотронулся до фигуры на экране. При увеличении под тонкой маской на лице явственно обозначился рот в форме буквы «о»; незнакомец дышал спокойно и ровно.

— Что у него в руках? — удивился Хадсон. — Покажи-ка.

Хватпол навел резкость на предмет, который держал неизвестный. Человек в маске аккуратно поместил свою ношу на металлическую балку, выступающую над кромкой крыши, прямо над головой.

— Ничего себе, — выдохнул Хадсон.

А потом незнакомец исчез — просто взял и шагнул вперед с крыши здания.

— Видишь? — проговорил Хватпол. — Кто ж еще стал бы так делать?

— Похоже, в самом деле он вернулся, — согласился Хадсон. — Надо бы все это сохранить. И распечатай тоже, в следующий раз шефу передадим, когда слетаем.

Хватпол воспрянул духом, услышав про шефа. Если снова объявят официальный розыск, значит, предстоит поездка в «Парк Прошлого», — новый облик, новая одежда, разумеется, новая эпоха, а быть может, и совсем все новое…

Фантом покосился на крысу.

— Что ж, теперь они наверняка узнали, что я здесь, — заявил он, посветив фонарем сквозь щели в потолке. Луч выхватил лестницу. Фантом попробовал, выдержит ли, и быстро вскарабкался наверх. Подтянулся и выбрался на полуразрушенную крышу, в холодную темноту. Голуби рванулись за ним сквозь зияющие меж балок отверстия к внезапной свободе и воздуху.

Он карабкался все выше, пробирался по обломкам балок, протискивался мимо мощных прутьев металлической арматуры и, наконец, выбрался на хлипкий деревянный помост, раскачивающийся и шатающийся под его весом.

Фантом остановился на самой верхушке башни и посмотрел вниз. На мгновение замер в нерешительности, на кромке круто обрывающейся вниз стены. Откуда-то снизу, от реки, опять поплыл печальный всхлип туманных горнов. Рассветный ветер подхватил фалду плаща, гулко захлопал тканью. Человек снял свою ношу с плеча, уложил сумку возле ног, потом достал из жилетного кармана золотые часы на цепочке и проверил время. Постоял, наблюдая за секундной стрелкой, выжидая, когда искусственное солнце выйдет из облаков.