В:Поздравляю, у вас отменная память, сэр. Что-нибудь еще этакое приметное?

О:Он нюхал табак; по мне, так слишком часто. Я нахожу сие неизящным.

В:Мистер Бекфорд, знаете ли вы об последующих событьях сверх того, что стало всеобщим достояньем?

О:Повсеместно слышал досужие сплетни. Здешний народец весьма им подвержен.

В:Ни с кем из окрестных благородных семейств вы не сносились?

О:Увы, в нашем приходе сим именем можно удостоить лишь дом мистера Генри Деверё, но тогда он был в отлучке.

В:Сейчас вернулся?

О:Две недели как отбыл в Бат.

В:Об происшествии с ним говорили?

О:Я постарался удовлетворить его любопытство, сэр.

В:Он пребывал в неведенье?

О:В полном.

В:Он тоже духовного звания?

О:Больно говорить, сэр, но я обитаю в пустыне. Никакой утонченный человек не поселится здесь по доброй юле, но только ежели его, подобно мне, к тому принудили обстоятельства. С горечью констатирую, что один мой коллега более умудрен в лисьей охоте и прочих забавах, паче в делах веры. В колокола он ударит скорее ради славного петушиного боя, нежели утрени иль вечерни. Другой, что служит в Даккуме, целиком поглощен своим садом и пашней, а церковь его предоставлена самое себе.

В:Мистер Деверё ваш патрон?

О:Нет, сэр, я подчиняюсь эксетерскому канонику Буллоку. В его руках пребенда, он здешний наместник.

В:Из капитула?

О:Именно так. Приезжает раз в год для сбора десятины. Старик, ему уж скоро семьдесят.

В:От вас в парламент избраны мистер Фейн и полковник Митчелл, не так ли?

О:Да, сэр. Однако с прошлых выборов сии господа не почтили нас своим присутствием.

В:То бишь два года вы их не видели? Они были единственные кандидаты?

О:Именно так, сэр.

В:И не поинтересовались вышеозначенными событьями?

О:Ни ко мне, ни к кому другому, насколько я знаю, они не обращались.

В:Хорошо, тут ясно. Со слугами приезжих вы не говорили?

О:Ни боже мой!

В:С тех пор как вы здесь, не случалось ли убийства иль ограбленья путешествующих? Может, что было до вас?

О:Нет, ни в нашем, ни в соседних приходах. Поговаривали об шайке головорезов, что лет пять назад промышляла под Майнхедом. Насколько мне известно, их давно переловили и вздернули. Сюда они не добрались.

В:Что, никаких разбойников?

О:Тут им маловато поживы. На причалах Бидефорда снуют всякие жулики-карманники. Да еще пришлые ирландцы. Но у нас с беспаспортными строго. Их быстренько вышвыривают из прихода.

В:Имеете ль мненье об том, что случилось первого мая?

О:Скажу лишь, что за бесстыдный обман воздано карой небесной.

В:Полагаете, всех убили?

О:Говорят, слуги были в сговоре и умертвили хозяев, но потом рассорились из-за добычи и девицы, доставшихся победителю, кто окольными путями скрылся.

В:Но к чему забираться в этакую даль от Лондона? И ежели ваш победитель так хитер, почему два трупа скрыл, а третий оставил на виду?

О:Не знаю, сэр. Разве что сильно спешил, подгоняемый виной.

В:Насчет чувствительности злодея вы заблуждаетесь, мистер Бекфорд. Я перевидал сию братию и знаю, что она печется об своей шкуре, но не об бессмертной душе. Тот, кто загодя все обдумал и долго выжидал, не станет пороть горячку, сэр. Он поступит иначе.

О:Склоняю голову пред вашей опытностью. Других объяснений не имею.

В:Пустое, сэр, вы поспешествовали больше, чем думаете. Я уже предуведомил, что не волен открыть имя персоны, по чьему приказу веду расследование. Но всецело полагаясь на ваше благоразумье, сообщу, что обеспокоен судьбой того, кто назвался мистером Бартоломью.