У одной стены стоял обугленный деревянный шкаф с распахнутыми дверцами. Над ним в квадрате необычайно светлой штукатурки темнел силуэт, контур, обозначающий то, что когда-то висело на стене и было очень дорого для хозяина дома. Тот сорвал его со штукатурки, когда город захлестнул поток вулканической лавы. Этот предмет однозначно имел форму распятия.

Крест был большой, короткая горизонтальная перекладина находилась высоко. Он смотрелся бы совершенно естественно в любой из католических церквей, которые довелось видеть Томасу, но только эта была устроена не больше чем через сорок пять лет после смерти Христа.

Томас брел по Кардо IV по направлению к выходу, погруженный в раздумья. Если брат занимался изучением свидетельств жизни первых христиан в Помпеях и Геркулануме, что такого он мог обнаружить? Почему находка обернулась для него смертельной опасностью? Крест на втором этаже выглядел совершенно обычным, как и «магический квадрат» в Помпеях, посвященный Отцу нашему — если это действительно был Он. Возможно, все это представляло интерес для историков Церкви и других ученых, однако вряд ли для них тут обнаружилось что-то новое. Томас рассеянно переходил от дома к дому, мимо термополий и бань с бассейнами, выложенными мозаичными узорами морских обитателей и диковинных рыб.

Дойдя до конца улицы, Томас остановился и осмотрелся по сторонам, ища взглядом сестру Роберту. Пребывание в «двухсотлетием доме» излечило его от стремления побыть одному. Коричневая ряса сестры Роберты бросилась бы в глаза даже в толпе снующих туристов и местных школьников, приезжающих сюда целыми автобусами. Томас изучал улицу прямо перед собой, как вдруг всего в нескольких метрах от него из здания вышел мужчина. Он изучал на ходу книгу, уткнувшись в нее, однако в его курчавых волосах и бородке было что-то такое…

Паркс!

Тот, кто перевернул все вверх дном в комнате Эда в Чикаго, ускользнул от Томаса и Джима, размахивая мечом…

Томас поспешно шагнул в ближайший дом.

Ему захотелось встретиться с лицом к лицу с негодяем прямо здесь, в многолюдном месте, где тому не останется ничего другого, кроме как говорить. Но как только такая мысль пришла Томасу в голову, он понял, что ничего путного из этого не выйдет. Он лишится своего единственного преимущества. Найт осторожно выглянул на улицу. Паркс по-прежнему был там, продолжая изучать книгу. У него за плечом висела продолговатая нейлоновая сумка, достаточно просторная, чтобы вместить оружие.

«Еще одна причина держаться от него подальше».

Нырнув обратно в дом, Томас для большей безопасности прошел в следующую комнату, где на стене была потрясающая, достойная храма мозаика, изображающая Нептуна и Афродиту в сочных голубых и зеленых тонах. Когда он снова выглянул на улицу, Паркс сосредоточенно двигался прочь. Найт последовал за ним, держась поближе к домам, готовый мгновенно нырнуть в скудные тени, предлагаемые солнцем, сияющим высоко в небе.

Это не могло быть случайным совпадением. Паркс следил за ним или же тоже шел по следам Эда.

Дойдя до Декуманус Инфериор, рассекающей надвое раскопанную часть города, Бен Паркс, или как там его настоящее имя, свернул налево. Томас, по-прежнему держась в добрых тридцати ярдах позади, последовал за ним. Остановившись, Паркс развернул книгу, которую держал в руках. Значит, он шел, сверяясь с планом города.

«Следовательно, этот тип знает Геркуланум не лучше тебя».

Постояв какое-то время, Паркс двинулся дальше. Они приближались к юго-восточной оконечности раскопок. Томас увидел вверху пандус, по которому спустился в комплекс. Паркс пробрался через наполовину обвалившиеся развалины, окруженные строительными лесами. Это привело его к самому краю раскопок. Томас остановился, чтобы быстро взглянуть на карту.

«Черт побери, куда он идет?»

Когда он поднял взгляд, Паркс исчез.

Томас поспешил туда, где видел его в последний раз. Слева от него, судя по плану, находилась так называемая палестра, большое открытое пространство, ограниченное колоннадой вдоль северо-западной стороны и мраморным постаментом с плоской крышей, который мог быть алтарем. Прямо впереди возвышалась каменная стена, высоко вверху на которой виднелись здания современного города, а позади простирались раскопы, резко уходящие вниз. Паркса нигде не было видно.

Выругавшись про себя, Томас пошел вперед, лихорадочно озираясь по сторонам. Если верить карте, он находился слева от чего-то такого, что в плане представляло собой большой крест, выведенный отчетливыми пунктирными линиями. Томас оглянулся вокруг, надеясь увидеть какое-то большое сооружение, которое пропустил, но это была лишь каменная скала, которая поднималась к самому входному пандусу. Он снова сверился с картой. Судя по масштабной линейке, строение в форме креста должно было быть огромным: ярдов пятьдесят или шестьдесят в длину.