Тут он налетел на край скалы, торчащей из сыпучей стенки жерла, подобно выброшенному на берег киту, больно ударился, ухватился за нее, останавливая падение, и только тогда поморщился от боли в пальцах. Камень был горячий.

Чума в спешке сделала два выстрела и промахнулась. Она заставила себя спокойно вдохнуть и прицелиться, но тут беспорядочное падение Найта завершилось остановкой, поскольку он вцепился в торчащую из пепла каменную глыбу. Пуля, выпущенная с учетом движения цели, пролетела мимо и отскочила рикошетом от камня в футе ниже Найта. В то же мгновение он нырнул за скалу, скрываясь из вида.

Ярость Чумы вспыхнула с новой силой. Проверив обойму в пистолете, она начала осторожно спускаться в жерло.

Нижнюю часть скалы покрывали трещины. В сгущающихся сумерках видно было плохо, но Томас разглядел щель, изрыгающую тонкие струйки горячего пара. Почувствовав себя в безопасности, он сразу же оторвал руки от камня, подставляя их воздуху. Волдырей не будет. Если не считать небольшого покраснения, ничего серьезного не произошло. Подобрав осколок камня, Томас приготовился и стал ждать Роберту.

Где-то с минуту стояла полная тишина, но двигаться по такой поверхности, не пуская вниз по склону ручейки крошечных камешков, было невозможно, и Томас услышал убийцу, когда та спустилась в жерло на один или два шага.

«Как бы ты поступил на ее месте?»

Чума остановилась, широко расставив босые ноги. Неудобные, шумные сандалии она оставила на гребне кратера. Сжимая пистолет обеими руками, женщина медленно повела им из стороны в сторону, глядя вдоль ствола, как ее и учили. Найт мог укрываться за камнем или выбираться из-за него с любой стороны. Лучше всего будет зайти сверху. Поставив ногу на камень, Чума наступила на него.

Потребовалась секунда, чтобы обжигающая боль в ступне дошла до ее сознания, затем Чума вскрикнула, отскочила назад, а Найт уже был тут как тут, поджидая ее. Он набросился на нее, сбивая с ног, она выстрелила, но промахнулась.

«Только не вырони пистолет».

Томас ударил убийцу всем весом своего тела, отбивая пистолет в сторону, но она не выпустила оружие, даже налетев спиной на камень. Не прошло и секунды, как ствол опять метнулся в сторону Найта. Тогда он навалился на женщину, прижимая ее руки к земле, пытаясь заставить выронить пистолет, зажатый в правой руке.

Но женщина оказалась сильной. Томас настолько привык к ее монашескому облачению, что никак не мог поверить в то, кто она такая на самом деле. Однако давление на запястье быстро заставило его расстаться со всеми мыслями о сестре Роберте. Пистолет начал разворачиваться к его грудной клетке.

«Она тебя убьет. Прямо сейчас».

Стараясь левой ладонью удержать руку убийцы, сжимающую пистолет, Томас высвободил правую, вцепился ей в лицо и резко вывернул голову. Если бы она этого ожидала, у него, наверное, не хватило бы силы, но он застал ее врасплох, сумел повернуть ей голову и продержать ее так какое-то мгновение.

Фальшивая монахиня лежала как раз рядом с дымящейся щелью. Вулканический пар ударил ей в лицо, она вскрикнула, вздрогнула от боли и разжала руку. Пистолет выпал. Томас тотчас же его подхватил.

Обернувшись, он увидел, что убийца надвигается на него. Левая сторона ее лица побагровела от ожога, глаза горели яростью, ненавистью и чем-то еще, весьма самодовольным и презрительным.

«Она уверена, что ты не выстрелишь».

Томас поколебался мгновение, затем, в тот самый момент, когда Чума уже собиралась наброситься на него, быстро перехватил пистолет и что есть силы ударил ее рукояткой в висок.

Она потеряла сознание и тяжело рухнула на него. Томас какое-то мгновение лежал на спине и смотрел в небо, чувствуя, как вокруг опускается прохладное спокойствие вечера.

Томас оставил лжемонахиню там, где та упала. Скорее всего, она пробудет без сознания еще какое-то время, а когда придет в себя, то поймет, что оказалась лишенной транспорта. Забрав ее пистолет и сотовый телефон, Томас вернулся к стоянке, перелез через запертые ворота и сел во взятую напрокат машину.

То обстоятельство, что Роберта собиралась его убить, отняло у Найта все то, на что, как ему казалось, он мог положиться. Теперь Томас знал наверняка только три вещи. Во-первых, могущественные люди были готовы пойти на убийство, чтобы помешать расследованию обстоятельств смерти Эда. Во-вторых, ему нужно было вытащить из старого монсеньора все, что только удастся. В-третьих, он должен как можно быстрее и незаметнее убраться из Италии. Томас понятия не имел, куда ему отправиться и как он туда попадет, но у него не было никаких сомнений в том, что Роберта — или как там ее настоящее имя — работает не в одиночку. Он был уверен, что если проведет в «Экзекьютиве» еще одну ночь, то она станет для него последней.