Томас доехал до вокзала Эрколано, оставил машину и, удержавшись от желания быстро пропустить кружку пива в ближайшем баре, сел на поезд. В дороге он проверил сотовый телефон Роберты на входящие и исходящие звонки, но все списки были вычищены.

От вокзала Гарибальди Томас доехал до гостиницы на такси.

— Братишка, тебя ищут фараоны, — широко улыбаясь, заметил Брэд.

Он скучал в баре гостиницы, нянча стакан апельсинового сока, и вцепился в Томаса еще до того, как тот взял ключ от номера.

— В какую историю ты вляпался?

Томас внутренне насторожился.

Роберта?

Нет, определенно, для этого еще слишком рано. К тому же она не обратится в полицию. Значит, это связано с Сато.

Слабо улыбнувшись, Найт посмотрел в невозмутимые серые глаза консьержа.

— Следователь хотел, чтобы вы связались с ним, как только вернетесь, — сказал тот. — А если вы не позвоните сами, он попросил, чтобы это сделал я.

Это было произнесено как вопрос, и Томасу пришлось думать быстро.

— Как насчет того, что я схожу в соседнюю обитель поговорить со священником, затем вернусь назад и после этого у нас с вами состоится разговор? Хорошо? — осторожно поинтересовался он.

Консьерж долго смотрел на него и наконец сказал:

— Только поторопитесь.

Было уже девять часов вечера.

Отец Джованни открыл дверь обители, тотчас же покачал головой и заявил:

— Падре Пьетро здесь нет. Он у себя в церкви. Санта-Мария — дель-Кармине.

— У вас есть его телефон?

— Да, — ответил отец Джованни, доставая из кармана визитную карточку обители. — Второй номер в списке.

— Отлично, — сказал Томас, собираясь уходить.

— Он не станет с вами разговаривать, — предупредил его отец Джованни.

— У него нет выбора, — заметил Найт, даже не обернувшись. — Как и у меня.

Быстрым шагом направляясь прочь от гостиницы, он достал телефон Роберты и набрал номер, оглядывая темную, но оживленную улицу в поисках такси.

Отец Пьетро ответил после третьего звонка, быстро пробормотав название церкви.

— Это Томас Найт. Брат Эдуардо. Не отключайтесь.

Томас понятия не имел, насколько хорошо отец Пьетро владеет английским. Он подождал.

Какое-то время ответом ему было молчание, потом голос, показавшийся каким-то далеким, произнес:

— Да.

— Я направляюсь к вам, — решительно заявил Томас. — Прямо сейчас. Только что меня пытались убить.

Он не знал, насколько хорошо его понимает пожилой священник, и по большому счету ему было все равно.

— Хорошо, — отозвался отец Пьетро.

Томас застыл на месте. Ни криков? Ни угроз?

Затем голос священника зазвучал снова, медленно, раздельно:

— Танака мертв?

— Танака? — недоуменно повторил Томас.

— Японец, — объяснил отец Пьетро.

— Он сказал, что его зовут Сато.

— Он мертв?

— Да.

Снова длинная пауза, затем то, что могло быть вздохом.

— Хорошо.

— Что хорошо? — спросил Томас.

— Я вам покажу бумаги Эдуардо.

— Вы их не сожгли?

— Нет.

Прилив восторга был приправлен злостью.

— Но вы сознательно изобразили, будто спалили их, чтобы я больше к вам не приставал. Где они? Бумаги нужны мне сейчас.

— Я буду служить мессу.

— Мессу?

— Да, — сказал священник. — Вы придете?

— Я должен быть на мессе? — недоверчиво переспросил Томас.

— Да. Приходите. Молитесь за меня.

— Нет, — раздраженно отмахнулся от приглашения Найт.

У него не было никакого желания браться за протянутую оливковую ветвь мира, особенно после того, как фальшивая Роберта использовала на Везувии этот же самый обман.

— Всего полчаса, — продолжал отец Пьетро.

Священник собирался служить укороченную литургию или же пронестись по ней галопом. Но в церкви никого не будет, как и пения. Это сократит службу. Отец Пьетро приглашал его не на плановую мессу. Они окажутся вдвоем.