Оценив предприимчивость Шинара многозначительным хмыканьем, вновь осмотрел меч. Ничего примечательного, но ковали добротно, не для игр, для воинского дела.

Прикинув на глаз, сколько штук на разложенных по полу дерюгах, отдал оружие Шинару.

– Хороший запас. Когда ждешь новичков?

В последнее семидневье я занимался только поисками Дарии, все проблемы крепости скинув на коменданта. Не самое правильное решение, но для Шинара это стало еще одним доказательством моего доверия. Так что необходимость обернулась выгодой. Для меня.

– К концу луны полусотня обученных из других крепостей, а в начале следующей еще сотня молодых.

– Вот их и отдашь отпрыскам, – не меняя тона, заявил я.

Смысл сказанного дошел до остальных не сразу. Сначала вскинул голову Шинар, потом Локар сдержал ухмылку, и лишь после этого возмущенно засопел Танир.

– Считаешь, заслужили? – уточнил у меня комендант, словно не замечая недовольства воина.

– Скорее забылись, – все так же равнодушно ответил я. – В бою – небрежны, в словах – дерзки. Привыкли, что лучшие.

– Мой князь… – сдержанно обратился ко мне Танир, явно собираясь объясниться.

Я ему такой возможности не дал, спросил удивившись:

– Ты еще здесь?

Повторять не пришлось.

Как только воин вышел из оружейной, я повернулся к Локару:

– Ну?

– Как ты и предполагал.

Не знаю, чего они от меня ожидали, но улыбался я довольно.

– Ну, Маркирер! Как все разыграл!

Ни один из них моего восторга задумкой проклятого князя не разделил.

– Что будешь делать с ансаиром?

– Ничего! – жестко отрезал я, стерев с лица следы веселья. Я был рад, что удалось разгадать замысел Маркирера, но не был уверен, что он не предусмотрел и этого. – Никакого надзора, пусть будет все как обычно.

– В этом есть резон, – после недолгих размышлений согласился Шинар. – Об этом мы знаем, а другое можем и проглядеть. Если уже не проглядели.

– Тоже возможно, – принял я его слова, но продолжать эту тему не стал. Пусть разбираются сами. Вместо этого попросил Локара: – Расскажи, как все было?

Тот усмехнулся:

– Точно так, как и говорили. Дария тут же кинулась к проклятому. Хорошо, никто не знает, что я по губам читаю. Одного он не сказал – имени воина, который ему листок дал, а даира не подумала спросить. А ведь он как раз и может быть еще одним смотрящим Маркирера.

– А из Лимео будет толк, приметливый он, – отозвался Шинар, имея в виду, что если бы не некоторые подозрения княжича, у нас бы даже мысли не возникло, каким именно образом Дарию выманили из крепости. Теперь мы об этом знали доподлинно.

Я только кивнул. Ощущение удачи, охватившее меня, когда Локар подтвердил наши догадки, медленно исчезало. Ну известно нам, что все это проделки Маркирера, так и раньше почти не сомневались. Ну удостоверились, что Тистар – крейз, так и это понятно было. Еще когда эта парочка у нас появилась, об этом говорили. Ну, с Ромио разобрались. Умелец он, каких поискать. Так по-другому и быть не могло, раз высший князь проклятых ему отцом приходится.

Толку от этих сведений никаких, только потешить самолюбие.

И ведь что смешно: понятно, чего он добивается, ради чего на все эти хитрости идет. Добьется своего, снимет нимера проклятие, если разберется, как это сделать, а дальше что?

Локар догадался о мыслях, заставивших меня посмурнеть:

– Уверен, что беды не будет?

Спрашивал он о решении Талины. Впрочем, я его полностью поддержал.

– Не уверен, – жестче, чем стоило, отрезал я, – но с этими тайнами пора заканчивать. Маркирер словами не разбрасывается, да и не стал бы без причины настойчивость проявлять. А если только в мести дело, то нам все равно пришлось бы с ним встретиться лицом к лицу. Не этот повод, так другой нашелся бы.

– Я тут с Кимелой разговаривал…

Закончить я ему не дал, вспомнив, о чем со мной поделилась Талина.

– Клятву разорвать я тебе не позволю!

– А я и не прошу, – усмехнулся тот, прежде чем продолжить. – Так Кимела вспомнила, что однажды подслушала разговор Сомея и Маркирера.

– Сомей и Маркирер? – уточнил я. Хотел удостовериться, что понял правильно. До этого мгновения считал, что слово «разговор» не приемлемо к встречам двух князей.

– Она не видела Маркирера, только после всех этих событий сообразила, кто тогда был собеседником воздушного.