Камерон кивнул. Он знал. Каждую ночь он лежал в кровати, молясь о том, чтобы и родители знали тоже.

— Есть еще кое-что. — Камерон желал и страшился произнести это вслух. — Последнее, что я сказал отцу, — «пошел ты…» — Ну вот. Слова сказаны. А ведь он не говорил об этом даже с доктором Саш.

— Облом, — отозвалась Бекки.

— Облом? Я рассказываю тебе такие вещи, а ты говоришь, что это облом?

— Все говорят «пошел ты» своим родителям. Не ты придумал эту фразу. Иногда я ужасно вела себя с мамой, даже понимая, как она больна. Но я все равно любила ее, и она это знала, и твой папа тоже знал.

«Знал ли?» — подумал Камерон. Вспоминая время, когда они с отцом были вместе, он внезапно понял, что в эти моменты оба были счастливы.

— А теперь, когда ее нет, — продолжила Бекки, — куда мне деть всю эту любовь? Куда? Кого я могу любить так, как любила маму? Эта любовь все еще во мне, но сейчас ей некуда выйти. — Она сняла очки и посмотрела на Камерона. — Глупо, да?

— Нет, это звучит более осмысленно, чем все, что говорили мне другие люди.

— Еще пять минут, — упрашивал Шон. — Пожалуйста, только пять минут.

— Нет. — Эшли стояла у его кровати, держась за край матраца. — Вставай!

— Кстати, кто помог тебе вылезти из кроватки?

— Вставай.

Лежавшая рядом с ним Мора вздохнула и потянулась, не проснувшись до конца. Шон взглянул на часы — 7:00. Будний день.

— Ну ладно, — буркнул он. — Встаю. — Теперь Шон спал в брюках от пижамы, но без верха. Живя в одном доме с маленькими детьми, он быстро отучился спать как раньше, голышом. — Наверняка ты насквозь мокрая, да?

Эшли лукаво улыбнулась.

Шон посмотрел на Мору. Возможно, она только притворялась спящей. Мора отнюдь не горела желанием менять подгузники.

— Пойдем. — Он взял Эшли на руки и понес переодевать. Так происходило каждое утро. Малышка прежде всего. Неважно, хотелось ли ему в уборную или нужно было почистить зубы. Только после того, как Эшли усаживалась смотреть мультфильмы и есть свои любимые хлопья под ненадежным присмотром Чарли, Шон мог заняться собой. Перепрыгивая через две ступеньки, он побежал наверх, в ванную, рассчитывая потом на короткую близость с Морой. Когда Шон чистил зубы, снизу донесся взрыв плача. Он уже различал, когда Эшли плачет, капризничая, и когда — от боли. Сейчас она плакала от боли. Он нашел обеих девочек в кухне.

— Что случилось? — спросил Шон у Чарли, подхватывая Эшли на руки.

— Она упала. Пыталась достать со стола еще хлопьев и упала прямо на попу.

— А ты куда смотрела? — Едва произнеся эти слова, Шон раскаялся. — Прости, детка. — Он покачивал малышку на руках. — Я не должен был оставлять ее с тобой.

— Она устроила лестницу из ящиков, видишь? — Чарли показала на кухонный шкафчик с выдвинутыми ящиками. — Мама всегда говорила, что Эшли у нас умна не по годам.

Охваченный чувством вины, Шон снова потащился наверх. После того, что Лили рассказала ему о трагедии в ее семье, он должен лучше присматривать за малышкой.

— Я теперь даже пописать не могу спокойно, — пробормотал Шон.

Эшли все еще всхлипывала, когда он посадил ее на кровать рядом с Морой. Мора повернулась и одарила девочку сонной улыбкой.

— Что такое, мой цыпленочек? — спросила она.

— Она упала, — ответил Шон. — Вряд ли она сильно ударилась, но все-таки, может, проверишь?

Мора поднялась на локтях.

— Конечно. Подождите минутку. Мне надо пописать и почистить зубы.

Когда она вышла, Шон перевел взгляд на Эшли. Малышка уже не плакала.

— Что у тебя болит? Голова? Локоть? Попка?

Она покачала головой, терпеливо дожидаясь Моры. Шон посмотрел на часы. Семь двадцать пять. Двадцать пять минут до времени X, каждая секунда на счету. Мора спокойно возилась в ванной; он с трудом удержался от того, чтобы попросить ее поторопиться. Когда она наконец вышла, Шон сказал:

— Мне нужно проследить за тем, чтобы дети собрались в школу. — Надев футболку, Шон спустился в холл, по дороге постучав в дверь Камерона.

— Ты уже встал?

— Встаю, — отозвался хриплый со сна голос.

Шон отправился на кухню посмотреть, позавтракала ли Чарли. Девочка с сомнением разглядывала свой скаутский свитер.

— Его нужно погладить.

— Ты обратилась не по адресу, детка. — Шон рассмеялся.

Она посмотрела на него с обидой.