Что-то мелькнуло на той стороне, где остался гарнизон. Женщина. Припав к насыпи, она бегло обстреливала падающего в пропасть, сбивая с него кровожадных тварей и словно не замечая, что вот-вот всё станет зряшным.

Лэндон подтянул под себя Узи и прицелился.

– Нет…

Человек скользил впереди - в метрах двух от нас. Я ухватил охотника за ремень, оттаскивая с пути. Пролез буквально по нему. На мутное стекло над нами уже не обращал внимания. Если выпрямиться во весь рост, можно наклониться, распластавшись по насыпи, и достать до съезжающего. Ещё больше гарантий, если сзади найдётся человек, который поддержит за ноги - на тот случай, если тело спасателя тоже начнёт скользить, что неудивительно в такой-то позе.

Но рассуждать времени нет. Два метра. Если вытянуться и поднять руку…

Левая рука ударила в землю даггером. Лезвие коротковато для надёжной опоры, но получилось: даггер упёрся во что-то достаточно твёрдое. На вытянутую правую посыпалась земля и камешки. Я опёрся на левую руку и невольно поморщился. Она, изрезанная, до сих пор действовала не в полную силу.

Чуть сам не сверзился!.. От неожиданно цепкой хватки за щиколотку сзади. Лэндон. Страхует. Я забыл о нём, полностью развернувшись к скользящему. Если он сползёт ближе к моим рукам, я, пожалуй, смогу стащить его вкруговую к себе.

Повезло. Скат не гладкий. Уже не визжащий, в постанывающий неизвестный скользнул почти мне на голову. Женщина с той стороны неплохо поработала. Только три твари продолжали вгрызаться в тело. Понимая, чем дело чревато, я принялся лихорадочно срывать с него кровососов. Двух отодрал быстро, третьему - полшишки оставил в теле. Рука дрогнула - когда попытался выдрать, а неизвестный вскрикнул-заплакал от боли. Чёрт, слизь из этой дряни брызнула на перчатку, быстро разъедая её. Пришлось содрать её с руки.

Сзади подёргали за ногу - возвращайся.

Блин. Опёрся на левую, а она подломилась. Кисть взвыла. Ладно, одной правой, рывками потащил по себе неизвестного - видимо в невменяемом состоянии. Та-ак. За ногу всё ещё держат, но кто-то ползёт поверх меня. Наконец-то. Хоть что-то. А я пока преградой буду бедняге.

Поднял глаза - Виктор. Ползёт и смотрит не столько на спасаемого, сколько с ужасом - на мутное стекло наверху. Чего это он? Ага. Ясно. Опускается. Там, где остался Лэндон, стекло опустится крышей, а здесь, на открытом месте, сдавит, как бабочек под стеклом, простите за каламбур.

Всё. Правую можно опустить. Виктор ухватил неизвестного под мышки и быстро пополз назад, чуть сдвинув меня к пропасти. Ничего. Сейчас рядом никого не останется, отдохну - и тоже назад.

Земля под телом задрожала. Чуть впереди меня будто судорогой пробило. Я только напрягся привстать - пласт земли подо мной рухнул в бесконечность. Я вцепился в край - и взглянул вниз.

Отверстие плотно забито прозрачной, бледновато-жёлтой массой. При усилии, наверное, можно представить, что это что-то вроде чудовищной медузы. Она поднимается с волнами серого тумана, выбрасывая на поверхность Земли щупальца и стараясь ими зацепиться по краям дыры. Но разъём между Землёй она не забила полностью. Я лежал на кромке и всматривался в бездну.

Оттуда, снизу, медленно и величаво всплывали всё новые и новые чудовища. Не так много. Поэтому мой взгляд тоже медленно, но опускался и опускался, инстинктивно пытаясь разглядеть между всплывающими телами дно.

Внезапно я застыл, словно оглохнув.

"Прыгай", - прошептала бездна.

А чудовища продолжали торжественно вздыматься.

"Ты не такой, как все. Ты знаешь, что прыгнуть - это не умереть, а насладиться полётом", - шептала бездна, и её шёпот легко глушил звуки вокруг меня.

Я лёг грудью на обрыв. Из низкого помещения в безграничное пространство - искушение сильное. Тем более - я знал, что бездна не врёт. Даже в её мире я могу встать на ноги. Всё равно на чём - на спине чудовища или на том, что является её поверхностью.

"Прыгай. Падение - это свобода и взлёт. Только ты знаешь об этом".

Я подобрал ноги под себя, потом просто сел на краю. Склонился над пропастью.

Бездна ласково покачала меня в волнах пространства.

"Падай. Руки в стороны - взлетай!"

Я поёрзал, соскальзывая на край обрыва.

"Ты единственный! Здесь, наверху, ты слабый, ты чувствуешь боль. Внизу ты бесстрастный ангел, парящий над бездной!"

Руки напряглись, готовясь к толчку.

"Я готова принять тебя, Падающий! Я жду Тебя!"

Странные, неясные звуки за спиной становились всё тише. Всё ближе подступал гулкий фон снизу. Он обволакивал меня. Я нагнулся над бездной - пространство обняло меня. И я соскользнул в него.

Под ноги метнулось блестящее бледно-жёлтое щупальце - и глухота пропала. Обманули… Одновременно услышал крики сверху, увидел головы за кромкой обрыва. Поздно. Бешенство плеснуло сжигающей яростью. Я выхватил "Скорпион" и принялся резать щупальце подо мной, стремясь убрать преграду или хотя бы вырезать в ней брешь.