Доктор Арнольд, уже знающий, что нас ожидает (он не сомневался, что едет с нами), и явившийся в медицинском всеоружии, горестно охнул. Я понял, что грузовик ему знаком. Ну, а на вытаращенные и так крупные глазища Легатты надо было поглядеть.

Удерживая рвущуюся улыбку, я небрежно спросил у парней, явно гордых своим средством передвижения:

– Откуда машинка?

Мирон глянул на доктора Арнольда и как-то сразу сник. Кстати, врача, оказывается, вся гордая шабла не сразу заметила. Потому как после взгляда Мирона гордость резко пришла в упадок - народ даже взгляды прятать начал.

– Я скажу, - спокойно ответил доктор и вздохнул.
– Года два назад между кварталами Нижнего уровня обозначились сильные группировки, которые, словно одичалые коты, начали делить территорию. Докатились до войны. В которой и участвовали такие вот машины. Смертей было немало. Но как вспомню, сколько искалеченных на всю жизнь осталось… И это на Нижнем уровне, где с медицинскими страховками и так сложно… Не говоря уже о медикаментах и медоборудовании.

Я обошёл грузовик - Гарм плёлся за мной, как привязанный.

– Он чей-то?

– Наш, - вызывающе ответил один из новеньких постарше.

– Вы понимаете, что этого грузовика после поездки больше не увидите?

Парни переглянулись.

– Мирон сказал.

– Прекрасно. Оружие есть?

Они покивали, снова с опаской глядя на доктора Арнольда. Мне понравилось: доктор пользуется уважением - я знал; но чтобы у такой шаблы… Да чтобы боялись огорчить его лишний раз. Для этого надо быть Человеком.

– Так, где мой оруженосец?

– Здесь!
– пискнул мальчишка - и я сразу вспомнил, что его зовут Микки.

Он снял с меня рюкзак, и минуты три мы потратили на мою экипировку, во время которой мне пару раз хотелось поклониться Легатте: его друзья пользуются бесподобным оружием! Профессор Легатта, кстати, влез в кабину грузовика рядом с доктором и, сверкая глазищами, объявил, что должен непременно увидеть, что же именно натворил Дилан Кроуфорд. Ну не вязать же его, чтоб отстал…

Приятно отяжелевший, я чуть подвигался на месте, прислушиваясь к себе, - и увидел глаза шаблы. Сначала не понял. Трудноопределимый взгляд. Как в пропасть. Восхищающую и ужасающую. В которую и хочется, и колется… Как-то так.

Микки, гордый, словно сам тоже увешался оружием, подал мне отощавший рюкзак и побежал к остальным - в фургон, борта которого ребята частично уже спустили, устроив удобные смотровые окна.

Сев за руль, я огляделся: просторно, управление примитивно, под сиденьями много свободного места, если что; внизу, слева от двери, прячется пожарный набор - топор с багром. Легату я предупредил:

– Профессор, усвойте: на месте - от машины никуда. Меня слушать - беспрекословно. Всё ясно?

– Но покуда мы едем до этого вашего места, расскажите о Дилане, - потребовал тот.

Я оглянулся. Доктору я бы тоже доверился, но пацаны… С их пока ещё прямым чувством справедливости - могут не так понять действия Дилана.

– Отсюда в фургоне не слышно, - успокоил Арнольд. Он обнимал сидящего между ним и Легаттой Гарма.

Я натянул перчатки и взялся за ключ. Чудовище вздохнуло и тронулось с места.

– Дилан. Ровно два месяца тому назад мне исполнилось тридцать два года. И ровно одиннадцать лет Дилан просидел в клетке. И сидит по сегодняшний день. Каждый день его накачивали наркотиками. Прекратили недавно. Но память ему основательно вышибли. Плюс его личный самогипноз. Сейчас он пытается найти ключ к самому себе, чтобы вспомнить. Вспоминает - очень медленно. Иногда что-то помогает. Например, профессор, ваша визитка. Благодаря ей, он вспомнил вас и посоветовал отвезти тех двоих именно к вам, чтобы вы их посмотрели. Вместо чего вы занялись мной.

– Кхм… - смутился Легатта.

"Не отвлекайся от темы. Скажи ему всё. Если он до сих пор интересуется исследованиями на эту тему, может, присоветует что-нибудь".

– Дилан предлагает рассказать вам всё, но, по сути, я уже рассказал. Ещё говорит, если вы до сих пор интересуетесь темой мозгов, может, и ему что-то присоветуете, чтобы он побыстрее в себя пришёл.

– Если бы к нему можно было прийти и лично побеседовать… - мечтательно сказал профессор.

– Для всех он мёртв.

– Это он сейчас сказал?
– сообразил Арнольд.
– Когда вы молчали - слушали его?

Легатта шлёпнул веками. До него наконец начало доходить.

– Вы держите с ним связь? Уже?

– Не только телепатическую связь, - усмехнулся я.
– Но и визуальную. Дилан, например, считает, что вы, профессор, здорово, мягко говоря, пополнели с тех пор, как он вас не видел.

И я рассказал им обоим всё, начиная с мгновения, когда меня сбросили с крыши и, как считает Дилан, впервые тем пробудили во мне чужие черты и особенности. То есть - Дэнила. И я добавил, глядя вперёд: