Мастер-Шеф испытал некоторое облегчение. Его отряд, его единственная семья, все-таки уцелел. Джон узнал своего собеседника по голосу и привычке постоянно оглядываться по сторонам. Спартанец-044, Антон. Один из лучших разведчиков в команде. Несколько мгновений они разглядывали друг друга, а затем Антон быстрым движением провел по щитку шлема, примерно там, где должны были находиться его губы. Это был знак улыбки — один из немногих для них способов выражения сильных эмоций.

Джон ответил тем же жестом.

— Я тоже рад тебя видеть, — произнес Сто семнадцатый. — Сколько еще с тобой?

— Двое, Мастер-Шеф. И еще один человек присоединился к отряду. Прости, что выключил опознавательный сигнал, но мы пытаемся одурачить ковенантов, действующих в этой зоне. — Антон огляделся по сторонам. — Думаю, полный рапорт подождет, пока мы не уберемся с открытого места.

Он махнул в сторону глубокой тени возле скальной стены.

Джон подал сигнал подтверждения и вместе с товарищем поспешил уйти с центра каменного карниза. По пути оба пристально следили за краем каньона, маячившим наверху.

Но Мастер-Шефу уже не терпелось засыпать Антона вопросами. Например, почему его группа отделилась от Красного отряда? Где все остальные? Почему ковенанты все еще не выжгли Предел до стеклянного состояния?

— Вы в порядке, старшина? — раздался в наушниках голос Хаверсона.

— Так точно, сэр. Установил контакт со спартанцем. Ждите.

Антон остановился перед темным зевом пещеры. Даже улучшенное зрение не позволяло как следует разглядеть, что происходит внутри; только призрачные очертания длинного туннеля, растворяющегося в черноте. Проход преграждали выкрашенные черной матовой краской стальные балки, а за ними виднелись двухметровые валуны с установленными на них пулеметами. За каждым из них стоял спартанец. Мастер-Шеф узнал Грейс-093 и Ли-008.

Увидев Джона, они изобразили улыбки, и Сто семнадцатый ответил им тем же.

Грейс провела их в глубь пещеры, а Ли остался сторожить проход.

Мастер-Шеф заморгал, привыкая к яркому свету флуоресцентных ламп, озарявшему туннель. Стены были покрыты бороздками, свидетельствующими о том, что пещера была создана искусственно. В центре пещеры, за застеленным сукном карточным столиком стоял еще один человек, облаченный во флотскую форму.

— Адмирал! — Джон вытянулся по стойке «смирно» и отсалютовал.

Поговаривали, что вице-адмирал Дэнфорт Уиткомб, несмотря на западноевропейское имя и техасское происхождение, являлся потомком русских казаков. Телосложением он напоминал рослого медведя. Волосы его были острижены почти под ноль, а глаза были такими черными, словно их вырезали из угля. Верхнюю его губу украшали седеющие усы, кончики которых ниспадали ниже подбородка.

— А, Мастер-Шеф! — Адмирал ответил ему салютом. — Вольно, сынок. Я чертовски рад тебя видеть.

Быстрым шагом он приблизился к Джону и пожал ему руку — приветствие, на которое очень редко кто отваживался, сам не являясь спартанцем. Стальной перчатке ничего не стоило раздавить хрупкие человеческие кости.

— Добро пожаловать в лагерь «Независимость». Как видишь, у нас тут условий нет даже на четыре звездочки: но это место стало для нас домом.

— Благодарю, сэр.

Джону не доводилось работать с Уиткомбом прежде, но тот был широко известен благодаря своим заслугам в сражениях за Новый Константинополь и при осаде Атласных Лун. Каждый спартанец изучал послужной список этого человека.

Мастер-Шеф включил рацию и вызвал лейтенанта Хаверсона:

— Можете выходить, сэр. Все чисто.

— Вас понял, — отозвался лейтенант. — Уже идем.

— Я очень рад тебя видеть, Шеф, — произнес Уиткомб, — но, не пойми меня превратно, какого лешего ты здесь делаешь? Кейз получил указания забросить тебя в глубь вражеской территории.

— Так точно, сэр. Это… долгая история.

Адмирал покрутил кончик уса, посмотрел на наручные часы и улыбнулся.

— Времени, сынок, у нас полно. Так что рассказывай.

Джон присел на камень и поведал Уиткомбу обо всем, что случилось с того момента, как спартанцы были вынуждены разделиться: об уничтожении навигационной базы на станции «Гамма», о поспешном бегстве «Столпа осени», об обнаружении Гало и его сумасшедшего хранителя Шокер-Судьи-343. Помедлив, Сто семнадцатый рассказал и о своей встрече с Потоком, а также о последовавшем за этим уничтожении Гало и захвате вражеского флагмана.

Пока он говорил, появились лейтенант Хаверсон и остальные. Они молча стояли, дожидаясь, когда Мастер-Шеф закончит рассказ.

В течение всего этого времени адмирал не проронил ни слова и, только когда Джон умолк, тихо присвистнул, подводя итог услышанному.

— Удивительная история. И расскажи мне это кто-нибудь другой, я отправил бы его к психиатру. — Уиткомб поднялся и начал мерить пещеру шагами, а потом вдруг остановился и нахмурился. — Я тебе верю, но кое-что меня смущает. — Он задумчиво наморщил лоб. — Вот только что именно, пока не готов сказать.