– Доброе? – прошипела вампирша. – Доброе?! Мы тут с ног сбиваемся в поисках пропавшего Дара, уже успели к аргентумам шпиона заслать, заподозрив их в похищении! А ты, оказывается…

– Дарья, ты вообразила себя скалодыром?

– Вампиром… – буркнула я.

А с кухни пахло булочками. Свеженькими…

– Вампир в ящике. Очаровательно! – хихикнул Микеле. – Надо будет рассказать Даизу. Уверен, он сумеет оценить иронию судьбы. Особенно в нынешнем виде.

А еще где-то жарилось мясо. И плов начинал закипать, пахло перцем. Морковочкой…

– Ты прав, со-родич. Дарья, ты куда?

Куда-куда. На кухню, конечно!

– Дарья, стой. – Это, конечно, Мелисс. Леди «я-на-диете-вечно». – Мы еще не закончили!

Вы нет, а я да.

– Дарья!

Я уже не слышала. Где-то рядом булочки… (ну, и от этих со-родичей лучше пока быть подальше. Кстати, а где Джано? А мой интернат?)

– Дарья! – Это подключился третий вампир.

– Отважный со-родич Роберто, – мурлыкнул мне вслед Микеле. – Встать между едой и голодной Дарьей…

– А что?

– Ничего. Просто поосторожней. Мне тут поведали кое-что об опасности такого поведения. – Увы, со-родич, в случае чего мы можем просто не успеть тебя спасти.

– Опять шутишь!

– Почти.

– Такой аппетит? Это ненормально!

– Все на пользу. Если бы не ее… э-э… голод, мы бы не сориентировались по звуку и до сих пор продолжали бы поиски.

Голоса стихли за закрытой дверью, и уже на пороге кухни я мрачно воззрилась вниз.

– Да-а, пузо. Здрасте, приехали. Раньше ты мне просто жить не давало, а теперь еще и выдаешь? Это уже слишком!

Пузо виновато примолкло.

Дарья

– Так и будете сидеть?

– Третий час пошел.

– Может, им туда крокодила запустить? Или змею.

– Бесполезно. Дарья их съест, и все.

– А что тогда делать?

– Сам бы хотел знать!

– Дарья, а между прочим, скоро обед!

Посылать их, куда заслуживали, было без толку, так что я только зыркнула на непрошеных комментаторов и стала строить планы на ночь. То есть решать, что кому подбросить в шатер, чтобы жизнь медом не казалась.

Неделя с момента путешествия в пустыню промчалась, как буря в пустыне. Причем с тем же уровнем комфорта.

Со-родичи после падения башни занервничали и взялись совершенствовать меня в ускоренном темпе. Правда, понятия у них про это самое совершенство оказались… мама не горюй. Дома хоть все понятно: красота – это стройная фигура девяносто-шестьдесят-девяносто, волосы погуще, губы пофигурней. У оякаты тоже было все ясно: важное – параметры и дух, готовый для сражений. А тут…

Вам когда-нибудь высыпали на голову кучу хомячков (штук двести, по ощущениям)? Нет? Ощущения незабываемые. Грызунов не боялась и не боюсь, но оконное стекло вмиг пошло трещинами – ну имею я право повысить голос в такую минуту? Вот и я думаю, что имею. Когда хомячки разбежались (на радость зевакам и на продолжительную головную боль многострадальным соседям), Мелисс пожала плечами и вычеркнула строчку из какого-то списка:

– Значит, не вивенте. Странно, столько предпосылок… Что же, продолжим.

Продолжили в тот же день, точнее, вечер. За этот вечер я последовательно возненавидела стихи, флейту и струнные инструменты. Роберто, с упоением слушавший очередную пьесу с закрытыми глазами, когда эти самые глаза открыл, только вздохнул:

– Не ритмо…

Подсмотрев начало одной из моих разминок, вампиры понадеялись было, что во мне скрываются танцевальные таланты… но вы бы видели местные танцы! Ага, танец живота в прозрачных шароварчиках с низкой талией… да аргентумы на Представлении скончаются в корчах, когда это увидят! Мысль, кстати. Прибережем на будущее.

Хитрый Микеле все-таки обнаружил мой талант – кулинарный, – но надежды вампиров с треском провалились в первый же день, когда, нервничая под взглядами трех пар глаз, я сыпанула в начинку к фаршированной индюшке что-то лишнее. Индюшка подлетела на блюде, дернула шеей, плюнула в сторону Мелисс красным соусом и гордо плюхнулась перед ошалевшим Левчиком.

Больше меня не просили демонстрировать кулинарный дар.

Зато остальные дары искали с усердием кротов в огороде. А в перерывах я воспитывала интернат, слушала болтливую голову в холодильнике и шалела от Левушки, который побратался со сторожками и вместе с ними, кажись, кого-то выслеживал… Вы когда-нибудь видали сторожка верхом на коте? Ага, я тоже решила сначала, что у меня глюки от перенапряжения.

И вот, пожалуйста!

Причем мне очень даже было интересно, какой талант имелся в виду в этом случае. С вампиром в обнимку. Да, представьте! Мы сидели в бассейне, по грудь в воде, и… ну… в смысле, нет, мы просто сидели, но… вот что в этой ситуации искать можно, а?

– Джано, может, ты все-таки проявишь больше энтузиазма?

Плечо под моей рукой не дрогнуло.

– О чем ты, Микеле?

Красавец-вампир присел рядом с водой и понизил голос.

– Думаю, ты догадываешься. Твой Дар контактен, с энергией все в порядке, направляющие совпадают… так в чем дело?