– Скажите, Матвеич, а кто, кроме вас знает, где оно, это Сердце? – спросил я – просто, чтобы не молчать. Я был уверен, что завхоз отвечать не станет.

Но он сказал охотно:

– Никто. Я же говорил тебе: Держатели, Владыки, иерархи всех уровней приходят и уходят… А завхоз остается.

Матвеич усмехнулся, косясь на меня, любуясь произведенным эффектом. Надо сказать, ему удалось меня удивить. Особенно непонятной показалась сама логика этих слов.

– Но… Зачем же вы хотите раскрыть все мне?

– Во-первых, далеко не все – еще чего не хватало! А во-вторых, милый мой, обстоятельства обязывают! Обязывают, понимаешь? Скоро и сам поймешь…

Освещенные улицы закончились, начались какие-то сомнительные переулки. Я уже порядком устал, но Матвеич был полон энергии. Наверное, оттого, что не пер на себе чертов рюкзак.

– Не раскисай, Близнец! – завхоз бодро похлопал меня по плечу. – Уже почти пришли!

Однако оптимизм Матвеича был преждевременным. Из-за темной пятиэтажки, наперерез нам высыпала шумно галдящая компания. Судя по голосам и походке – нетрезвая. Несмотря на тьму и количество выпитого – или выкуренного, заметили нас мгновенно.

– Ага! Кто это у нас по ночам гуляет, людям спать не дает?! – заплетающемся голосом заорал кто-то их этой братии.

Другой разразился идиотским смехом. Все бы ничего, но компания надвигалась на нас, перекрывая путь. Мы остановились.

Я ощутил знакомый прилив беспомощного страха – давнего, шедшего из глубины детства, страха непреодолимого, делавшего меня тем, кто я есть.

Ничтожеством.

Покосился на завхоза. Тот выглядел вполне спокойным. Только почему-то аккуратно снял очки и спрятал в нагрудный карман.

И я понял: Матвеич смиренно готовился к избиению.

Это просто закон природы: такое вот пьяное быдло инстинктивно чувствует слабаков и так же инстинктивно звереет. Отчего-то Природе-матушке очень надо, чтобы пьяная толпа сбила нас с ног и принялась топтать, с шутками, прибаутками, колотя по почкам, печени, голове…

Хотя, может, я ошибаюсь? И это снова моя неразлучная мнительность?

– Выпей, мужик!

Вот он, момент истины. Среди ухмыляющихся пьяных лиц одно угрюмое, совершенно зверское. Набыченное, потерявшее разум существо протягивает мне бутылку и ждет реакции. Ему плевать – выпью я или нет. Он ждет повода.

Дрожащей рукой беру бутылку. Толпа с интересом наблюдает. Ржание, хмыканье. Кого-то рвет в сторонке.

– Не надо… – тихо говорит завхоз. – Смирись…

– Ты где служил? – хрипит существо. Оно не довольно, что все идет так гладко.

Лихорадочно думаю, что ответить, понимая: все ответы ведут в тупик. Мое тело уже болит от предстоящих побоев, и я опасаюсь только одного: чтобы не покалечили…

И тут в мозгу словно предохранитель полетел: ум стал холоден, ясен, даже появилось какое-то детское любопытство. Я сунул бутылку обратно в руки этому страшному встречному.

– Что, пить не хочешь, брезгуешь, падла? Сука-а…

Бутылка полетела на асфальт, следующим туда должен полететь я. Над нами уже нависла эта бесформенная темная масса перекошенных рыл. Матвеич склонил голову, сжался…

И я выставил перед собой крепко сжатый кулак.

– Чуваки, драка! – радостно заорал кто-то.

Мне тут же продемонстрировали великое разнообразие кулаков: грязных, волосатых, с наколками, перстнями, и даже один без указательного пальца. Всем хороши были кулаки. Только это были всего лишь кулаки.

А в моем была авторучка. Причем, непростая.

Щелк! И половина загулявших полуночников отпрянула, дружно охнув и совершенно нелепо заскулив… Я повел рукой, суетливо нажимая и нажимая на кнопку. Вспомнил, что «точечник» трехзарядный, принялся суетливо шарить по карманам в поисках запасного стержня…

– Успокойся, – сказал Матвеич. – С ними уже все…

Меня трясло, как в лихорадке. Только теперь я увидел, что наши пьяные гопники безвольно ползают по асфальту, захлебываясь слезами и собственной рвотой.

Мы быстро покинули место битвы, продолжив свое, как оказалось, небезопасное путешествие.

– Зря ты так, – неожиданно заявил Матвеич. – «Точечник» – оружие для самого крайнего случая. Нельзя его использовать где ни попадя, нельзя. Я же не стал – чего же ты полез?

– У вас тоже с собой «точечник»? – опешил я, разглядывая свое странное, но столь эффективное оружие.

– Конечно, – пожал плечами завхоз. – Но если я каждый свой визит сюда буду терроризировать местное население – о какой конспирации может идти речь?