— Это уже не массаж, — сказал я.

— Массаж, — повторила она. — Это массаж.

Я махнул рукой:

— Ладно, продолжай… Откуда тебе знать, что, кроме массажа, было всякое, что не массаж, но под его видом: тантрический, ведический, индийский и прочий-прочий, даже не знаю, на фиг столько названий, когда просто дрочат…

Я не ожидал ответа, у кукол не настолько сложные программы, но эта неожиданно ответила:

— Это мышца. Она должна работать.

— Ладно, — буркнул я, — давай, работай.

Из бассейна вылезла еще одна и тоже молча присоединилась к первой. Мужчины, мелькнула ироническая мысль, всегда мечтали о бабах, о множестве баб. В древности мечта воплощалась в царствах амазонок, в девичьих царствах и прочих местах, где одни женщины и только женщины. Думаю, это все-таки мечты тех мужчин, кто опасается конкурировать за женщин с другими мужчинами и захотел бы оказаться в таком месте, где женщины вообще не знаются с мужчинами, и там они будут, понятно, нарасхват. С любой длиной пениса.

В старое время грезы превращались в фантастические романы и кинофильмы о планетах, населенных женщинами и только женщинами. У меня на диске пара сот фильмов на эту тему, но так как я их не собираю специально, то, думаю, их намного больше.

И вот теперь наступило время, когда женщинами на любой вкус можно населить целый дом… Наверное, Тарас — счастливый человек. Зря Тимур за него беспокоится.

Гулько с таким шумом выбрался из бассейна, словно на берег выбросился кашалот, поднялся во весь рост, оставляя потоки воды.

— Созрел для обеда?

— Смотря что у тебя есть, — промычал я. — У тебя… наверное… и есть нечего…

Он расхохотался:

— Мои красотки готовят на уровне лучших поваров мира!

— Сам программировал?

Он сказал таинственно и чуть понизив голос:

— У меня хорошие контакты с хакерами. Такие вещи, конечно, в продажу не пускаю, но дома у меня немало эксклюзива.

Я поинтересовался:

— А как с доверенными клиентами?

Он сказал еще тише:

— Ну… в порядке исключения… особо близким друзьям… или очень важным персонам… с программой самоуничтожения в случае попытки взлома кода…

Я поднялся, чувствуя себя одновременно и уставшим после сильных рук массажистки, и отдохнувшим. Странная смесь, но у Гулько все здесь странное…

Я привычно направился на кухню, но он придержал за плечо:

— Ты куда? Столовая направо.

— У тебя столовая отдельно?

Он сказал гордо:

— Если могу себе позволить, почему нет?

Стол в старинном стиле длинный и стилизованный под какой-то век, резные ножки и белоснежная скатерть, свернутые в кульки накрахмаленные салфетки торчат на тарелках.

Я опустился на стул с прямой спинкой. Тарас сел напротив, в столовую начали бесшумно входить девушки с блюдами в руках, их было так много, что я спросил заинтересованно:

— Зачем тебе столько?

— Обкатываю, — пояснил он и ухмыльнулся: — Перед тем как отослать клиенту. Я должен быть уверен, что все в порядке. Довольно приятный процесс, я тебе скажу.

Я кивнул понимающе:

— Да, конечно. Приятно знать, что у твоих клиентов куколки, которых ты уже трахал.

Он хохотнул:

— Понимаешь!

Девушки, выстроившись вдоль стены, наблюдали за нашей трапезой с милыми улыбками. Я ожидал, что замрут в неподвижности, но они слегка покачивались, поворачивали головы друг к другу, улыбались, поднимали брови, даже что-то щебетали на своем женском языке.

— В инет выходят? — спросил я.

Он нахмурился, покачал головой:

— Нет, слишком сложные системы. Не хочу, чтобы нашли прорехи в защите и напакостили. Достаточно, что холодильник из инета не вылезает.

Я кивнул, в инет ходят не только холодильники. С прошлого года люди уступили там первенство, теперь в нем обмениваются сообщениями холодильники, стиральные машины, посудомойки, чайники, кофемолки, соковыжималки и прочие-прочие, что скачивают патчи, узнают новые рецепты и способы обработки, сообщают о поломках и заранее требуют замены изношенных частей. Дом или даже квартира способны разорить любого хозяина, если сразу не поставить ограничители: бытовая техника тут же начнет себя улучшать, модернизировать, исправлять, ремонтировать, закупать более совершенное оборудование…