— Натаниэль, ты можешь перезвонить мне по автомату? — И я продиктовал номер таксофона, у которого стоял.

Ожидая, я разминался — переминался с ноги на ногу, хлопал руками по бокам. После драки у меня все болело, особенно при движении, но шевелиться было необходимо — иначе избитое тело вообще утратит гибкость.

Когда Натаниэль позвонил, я уже успел составить себе план действий. Ему самому ехать нельзя — риск слишком велик. Я спросил, может ли он прислать вместо себя человека, которому безгранично доверяет. Мид призадумался.

— Могу, — отозвался он наконец, — вот только мне не хочется замешивать их в такую дерьмовую историю, понимаешь?

— Плачу тысячу, Натаниэль. Одну тысячу тебе, другую ему.

— О-хо-хо, — задумался он опять. Меня так и подмывало его поторопить, но нет — пусть уж примет решение, когда все хорошенько взвесит. — Ладно, — объявил он. — Идет. Если человек согласится. Где встретимся? — Я назвал ему улицу неподалеку. — Деньги у тебя с собой будут? Вперед заплатишь? — уточнил Мид. Заверив его в этом, я повесил трубку и отправился на поиски банкомата.

Когда я вставил пластиковую карту в щель, у меня, если верить моим часам, оставалось всего три минуты форы. Только бы Кардинал не заморозил мой счет…

Но нет. Машина приветствовала меня и спросила, какую сумму я хочу снять. Я взял семь косых. Вполне хватит, чтобы расплатиться с Натаниэлем и водителем, сменить гардероб и добраться в тот неведомый город, откуда я когда-то уехал.

С опозданием на несколько минут у бровки тротуара плавно затормозила машина. Я забрался внутрь через заднюю дверцу и, прежде чем я успел захлопнуть ее за собой, шофер нажал на газ.

— Здравствуйте, я… — Тут мой голос оборвался. За рулем сидела женщина. Оглянувшись, она увидела мое растерянное лицо и засмеялась.

— Мы можем водить машину, — нежно проговорила она. — Хотя некоторым так не кажется.

— Извините, я вовсе не хотел намекнуть… Просто не ожидал…

— Без проблем. Деньги принесли? — Я отсчитал две тысячи и передал ей. Удовлетворенно хмыкнув, она сунула купюры в карман. — Я — Маргарет Стравински.

— Капак Райми, — представился и я.

— Уже догадалась, — рассмеялась она. — Куда едем?

Я дал ей адрес и попытался пригнуться на сиденье, чтобы меня не заметили со стороны. Ссадины на лице ныли жутко, но никак не меньше, чем ребра. Несколько минут я промучился, неудобно согнувшись. Потом не выдержат и, распрямив спину, принялся изучать свое лицо в зеркале. Смотрелся я что надо. Нос перебит, глаза красные, щеки — черно-синелиловые. Кое-где кожу рассекали длинные царапины. На шее запеклась струйка крови, идущая от изжеванного уха. Губы — разбитые, изодранные в клочья. Ни одного зуба я не лишился — вот единственное утешение. Я осторожно подвигал челюстями из стороны в сторону, поднял руки, поболтал ногами. Выживу. Тело будет ныть и затекать еще несколько недель, но без врача обойдусь — здоровье у меня все-таки крепкое.

Я глянул на часы. Охота уже набирает обороты. Загонщики собраны, указания отданы, время пошло. Остается лишь надеяться, что впопыхах они забудут о доме Тео. Иначе…

Доехали мы без происшествий. Окна в доме были темны и выглядел он как нежилой. Это, впрочем, еще ничего не значило: поздней ночью все дома темны — свет выключен, шторы задернуты, — даже если внутри расположилась аж целая цирковая труппа.

— Вы меня подождете? — спросил я у Маргарет. Она припарковалась в некотором отдалении от дома. Заглушила мотор, выключила свет и фары.

— Вообще-то я тут порыбачить собиралась, но ради такого любезного кавалера… Ничего, я пока подумаю о деньгах и о магазинах — ох и накуплю же я сегодня всяких разностей!

— Спасибо. Если что неладное, сразу сматывайтесь.

— Не волнуйтесь. Я так и поступлю.

Я приблизился к дому сзади. Двор был пуст, дверь черного хода — на запоре. Около нее, под камнем, Тео всегда оставлял ключ. Из-за темноты мне пришлось встать на четвереньки и разыскивать камень на ощупь. От холодной земли мои пальцы вскоре заледенели. Это было даже приятно — боль немного утихла. Камень удалось выворотить из земли не сразу. Но вот моя рука опасливо скользнула в яму — и спустя пару секунд, нащупав металл, торопливо выудила ключ.

Он был облеплен грязью. Я вытер его об рубашку, сколупнул грязь ногтями, вставил ключ в скважину. Если новые жильцы закрыли дверь на засов, проволочек не избежать. Однако, беспрепятственно открыв дверь, я вскоре оказался на знакомой кухне, навевавшей воспоминания о былых денечках, когда жизнь была куда как проще.

Я осторожно стал обходить комнаты. Даже спустя несколько месяцев я был уверен, что смогу ориентироваться здесь хоть с завязанными глазами. Но если здесь живут, обстановка наверняка изменилась — появились новые столы, тумбочки, статуэтки…