Либо всего-то навсего придется расстаться со сбывшейся мечтой, а вместе с ней оставить почти детские иллюзии, грезы о всеобщем счастье… И настоящую, могучую силу сделать все это реальным.

Павел не кривил душой, когда говорил о тех, кто позавидовал бы этой хрупкой девчонке-студентке. Но узнав о ее выборе, они назвали бы Тому круглой дурой и отвернулись бы, оставив в еще более страшном одиночестве… Он и сам, если уж честно, далеко не был уверен, что не предпочел бы на ее месте сбывшийся рай и нашел бы силы вернуться.

Тома молчала. Неподвижный взгляд был устремлен вперед, вдоль дороги, но видела она наверняка что-то свое. Тишина ночной улицы ощутимо давила Павлу на нервы, рождая совершенно неуместное чувство вины за то, что этот выбор достался не ему, здоровому, тертому жизнью и смертью мужику, а…

Он натужно откашлялся. Утешить здесь было невозможно, но может быть, удастся загрузить работой?

— До появления менталов ты тоже кое-что могла, — сказал он. — И по нашим меркам — немало.

Тома горько усмехнулась.

— Я могла читать карту Древа. Но теперь и это пройдет. Они сказали: либо все, либо ничего. Через два дня я не смогу туда вернуться, даже если захочу. — Она растерла по щекам последние слезы, шмыгнула носом. — Только я не захочу… — Тома прикрыла глаза и склонила голову на стекло двери. Сказала невпопад: — Устала сегодня жутко. Мама выспаться не даст… Никогда не дает…

— Эй, стой-ка! — всполошился Павел. — Как это не даст? Ты что, домой не собираешься?

— Я ей позвоню, — произнесла Тамара, судорожно подавив зевок. — Потом… Завтра…

Нет, вот это было совсем неправильно. Какие бы планы Павел ни строил, в них точно не входила обязанность нянчиться с полусонной студенткой.

— Так, ну-ка не спать, — распорядился он. — Что значит завтра? Мать тебя целый месяц дожидается!

— Не месяц… Я на той неделе приходила, три дня в Москве пробыла.

— Ну и что?

— И ничего! Переживет… — Тамара наклонилась, разглядывая через лобовое стекло темные окна квартиры. Вздохнула. — Не могу я домой. Она сейчас охать начнет или вопросы задавать — как учеба, да как в общежитии…

— Учеба? — хмыкнул Павел. — Ну-ну.

Похоже, что сказки Тома сочиняла не только для себя.

— Я этого сейчас не вынесу. — Она снова откинулась к дверце. — Сыта участием по горло.

— Ладно… Допустим. А куда пойдешь?

— Никуда не пойду. Вон в парке лягу на лавочку… Это я пока еще могу.

— Ясно, — изрек Павел. Решение у него уже созрело. Не самое умное, но все же куда лучше парковой скамейки. — Потерпи семь минут, здесь недалеко…

— Ладно, потерплю, — покорно согласилась Тома, будто и не ожидала ничего иного. И снова закрыла глаза.

До гостиницы «Молодежная», где шеф четвертый месяц оплачивал для Павла номер, в это время суток можно было доехать и еще быстрее. Но Сергеев просил вернуть ему машину целой, и это сильно ограничивало скорость прохождения поворотов.

По пути Павел успел подумать, что поступает на редкость глупо. Все-таки надо было насильно сдать Тамару-младшую на руки матери, выдрать за шкирку Филиппыча и отправиться искать выход из текущего кризиса, вместо того чтобы наживать еще одну проблему…

Он покосился на дремлющую студентку. Как это все же некстати! Надо же было, чтобы вот так, одновременно…

Павел вдруг почувствовал, как от внезапной догадки вспотели лежащие на руле ладони. Одновременно! Возвращение смарров в Москву и бегство Тамары из ее утопии наверняка пересеклись неспроста. Шеф хорошо знает ассамблейщиков, и мысль о «паузах» действительно лежит на поверхности. Но только ассамблейщики сами ничего не знают о планах смарров. Одно дело — продать ящерам Головина, и совсем другое… А что, если рептилиям вовсе не нужен оперативный сотрудник Земного отдела с более чем скромными боевыми и (чего уж там кривить душой?) умственными возможностями. А нужна им девочка-сканер, которая знает дорогу в утопию?.. В конце концов, именно разногласия из-за менталов толкнули когда-то ящеров к выходу из Ассамблеи!

— Тома, — позвал Павел. Не получил ответа и, протянув руку, потряс пассажирку за плечо. — Тома, проснись.

— А?.. — встрепенулась та. — Зачем?

— Приехали. — Павел вкатил машину на стоянку у гостиницы и выключил зажигание. — Пойдем… Уложу тебя спать.

Это было единственное, что он мог сейчас сделать. Если догадка верна — ассамблейщики тоже вполне могли оказаться правы, и смарры действительно станут сначала искать все-таки Головина, а в этом случае важно не сдать им вместе с собой и Тамару. Если же заговор такой сложности всего лишь плод больного воображения землянина, студентка просто проснется завтра утром и спокойно отправится домой к маме.