Поднимались бойцы, к счастью, не пешком. Нереально чистый лифт (спасибо «разборчивой» двери) выпустил конвой на хорошо освещенную, до блеска надраенную лестничную площадку. Шедший впереди телохранитель открыл сейфовую дверь своим ключом и первым ступил в прихожую. Двое оставшихся вошли сразу вслед за Павлом и неуловимо быстро перестроились. Теперь это был не конвой — стена, отделявшая хозяина от гостя. Стена непроницаемая, несмотря на то что видимого препятствия между Павлом и главой Миссии так и не появилось.

Господин Уний встречал землянина в кресле прямо в прихожей. Впрочем, в прихожей ли? Роскошный ковер от самой двери, витиеватые бра на стенах, витражи в окнах… Скорее холл и по совместительству, возможно, приемная. Так или иначе приглашать гостя в квартиру атлант не торопился.

— Действительно, Головин… — произнес он наконец, задумчиво осматривая Павла с головы до ног. — Ты умеешь делать сюрпризы, землянин.

Тот коротко поклонился. Заметив второе кресло, Павел бросил куртку на подлокотник и, не дожидаясь приглашения, уселся.

— Слуга Брахмир почти поверил в твою смерть, — известил его глава Миссии.

— А Градобор? — произнес Павел, чтобы сказать хоть что-то. Дальнейшее его молчание могло стать вызовом.

— Градобор пока не в форме. — Господин Уний сделал многозначительную паузу. — Даже нашей медицине нужно время на реабилитацию после поражения электричеством и обширного ожога. Впрочем, ты это знаешь.

Павел кивнул, он действительно знал.

— А… ты? Тоже поверил?

Почти фамильярное обращение как бы выводило собеседников на один уровень, чего атлант стерпеть, конечно, же не мог.

— Не позволяй себе лишнего, Головин! Я отлично знаю, что такое обращение в твоем языке является способом оскорбить!

— Потому ты используешь его так часто? — парировал Павел. Он нарывался на гнев иерарха и отлично понимал это. Однако тон переговоров следовало задать с самого начала: прогибаться под атланта он не собирался.

— Ты не слишком догадлив, если понял это только сейчас, — прошипел глава Миссии, почти уподобившись смарру. — Впрочем, я могу исправить ситуацию раз и навсегда! Гипербореи не станут протестовать — они уже считают тебя мертвым.

— Ты не убьешь меня раньше, чем поймешь, зачем я пришел, — охладил его пыл Павел. — А после этого и подавно. Что же касается обращения… На «ты» мы зовем не только недостойных уважения. Но еще и друзей… или деловых партнеров. Первым ты, слава богу, никогда не станешь, а вот вторым — к сожалению, имеешь шанс.

Господин Уний был истинным атлантом. Рука его почти мгновенно оделась «ежиком» пляшущих голубых разрядов — на таком расстоянии для удара ему не нужно было даже стика. Но господин Уний был умным атлантом, и уже через секунду электрические отблески погасли в его глазах.

Павел глубоко втянул воздух с привкусом озона и усилием воли расслабил мускулатуру.

— Пронин был на редкость убедителен, — через силу произнес глава Миссии. — И на редкость настойчив… Но я все-таки поверил: трудно было устоять перед таким соблазном. Операция провалилась бы, но Земной отдел в будущем стал бы гораздо более предсказуем.

— Благодарю. — Павел скривил подобие улыбки. — Однако об операции… Я пришел как раз за этим.

— То есть провалить ее? — Атлант едва не фыркнул.

— Поддержать, если это еще возможно. Но сначала я хочу понять все до конца. Ты приказал своему воину устроить мне побег?

— Разумеется. — Господин Уний поморщился на обращение, но в его тоне все же проскользнуло удовлетворение от своего удачного хода в сложной партии.

— Ты собираешься переиграть гипербореев и зарядить «паузы» только себе.

Атлант усмехнулся.

— Грех делиться добычей с противником, который тебе уступает.

— Разве что в коварстве, — парировал Павел. Оскорбление в адрес гипербореев почему-то задело и его.

Впрочем, атлант проигнорировал встречный выпад.

— Ты говорил об операции, — напомнил он.

— Да, — согласился Павел. — Я предлагаю завершить ее вместе. Не представляю, как ты собираешься договариваться с ящером, но если это удастся, «пауза» Земного отдела тоже должна быть заряжена.

Атлант приподнял брови в благородном удивлении.

— И это все?

— Нет, — подумав секунду, поправился землянин. — Остальные требования выставит Потапов.

— Когда он появится на Земле, все давно закончится. У него не будет предмета для торговли.