Ольга хотела встать, уйти, но вместо этого тело стало заваливаться набок. На языке стоял сладковатый привкус. Японка подмигнула ей:

– Правильный выбор. Он будет счастлив.

И свет померк.

Докурив сигарету, Она встала. Неторопливо разделась донага. Переступив через одежду, нагнулась над телом. Раздался треск – сначала нож в ее руке срезал ткань...

Эрик вошел в дом. Как всегда в последнее время, он выпил после работы и хотел только одного – лечь спать. Услышав, шум на кухне крикнул:

– Оль, я не буду ужинать. Устал.

– Любимый?

Его жена вышла в зал, и Эрик застыл в одном ботинке. Ее домашнее платье было укорочено и подвязано игривым передничком. Русые волосы аккуратно подобраны, лишь одна легкая прядь струилась по шее. Свежая кожа с нежным румянцем, и удивленно распахнутые серые глаза.

Ольга. Жена. Но что-то... Что?

– Оля?

– Оля-Оля, – она улыбнулась: – Поужинай, любимый, я очень старалась.

Потом понизила голос:

– Ну а если тебе не понравится, сможешь наказать меня. В спальне...

– Я ... ммм... Хорошо.

Ольга подошла и чмокнула его в щеку. Отпрянула, сморщив носик:

– Ты закурил снова?

– Еще полгода назад! Ты что, Оль?

– О, не обращай внимание. – Она пошла в кухню – Я накрываю.

Его взгляд упал на пепельницу случайно.

– Окурок!

– Что? – она оглянулась через плечо.

– Ты закурила?!

Немного помолчав, она улыбнулась:

– Хочешь, брошу?

Сегодня праздник! На пустыре, на том самом пустыре, что за трактиром Бэт и баскетбольной площадкой, возвели парусиновый шатер цирка! С утра стар и млад толкались в очереди к вагончику с надписью "касса", где толстуха с усталыми глазами продавала билеты на представления и аттракционы. "Русские горки", "Сокровища фараонов", "Дракула против Кинг Конга", да мало ли что еще. Виктор Честный не очень любил цирк и аттракционы. В глубине души он все еще полагал, что обманывать людей – плохо, даже если люди сами платят за то, чтобы их обманули. Поэтому он очень серьезно объяснил Саше, что чудес они сегодня не увидят и что Кинг-Конг это просто переодетый вышибала из "Санта-Плюски", уволенный позавчера, а исчезающий газовый платок на самом деле у фокусника за пазухой. Саша внимательно выслушала его и кивнула головой.

– Я все поняла, пап. Чудес не бывает.

– Ну, на самом деле может и бывают, но уж точно не в цирке. – ответил Виктор Честный, детектив третьего класса, припоминая, как один раз в него выпустили почти всю обойму из "магнума" в упор, чуть ли не упираясь стволом в живот, а на нем не осталось ни одной царапины. Вот это точно было чудо.

– Я все поняла, пап. А теперь, можно мы пойдем в цирк?

– Ладно... Но...

– Никакого попкорна и вести себя тихо.

– И...

– В девять ноль-ноль баиньки. Угу.

– Хорошо. – и они пошли в цирк. Цирк встретил их запахом свежих опилок, горячего попкорна, и чего-то резкого, шибающего в нос словно выстрел пробки из бутылки с искристым вином... Все было, так, как и должно было быть – слоны исправно вставали на задние лапы, львы послушно разевали пасти, кося взглядом на дрессировщика с всклокоченной шевелюрой, норовящего засунуть им свою голову между резцами и коренными, два клоуна падали и обливали друг друга фальшивыми слезами из припрятанных в кармане резиновых груш. Были тут и воздушные гимнастки в таких маленьких серебристых платьицах, что даже в заведении у Бэт никто не носил подобных. Они бесстрашно кидались вниз головой с головокружительной высоты, подхватывая друг друга у самой земли и снова взмывали вверх, а коротенькие юбочки на них развивались словно флаги победы над земным притяжением. В черном плаще с рассыпанными по нему бриллиантами (это просто стразы, доченька. Ну, стекло... ) и в высокой шапке, больше похожей на китайскую пагоду на арену вышел фокусник. Он извлекал из шляпы кроликов, угадывал в каком ряду лежит колода карт, распиливал пополам свою ассистентку, девушку с ослепительной улыбкой (нет, доченька, ей не больно, это просто фокус.), превращал ее в тигра и обращал бумажные платки в стаю голубей. Саша хлопала в ладоши и смеялась. А потом жонглер с горящими глазами жонглировал булавами и включенными бензопилами, а в перерыве метал ножи в ассистентку, ту самую девушку, которую распиливал фокусник. На какой-то момент Рудольфу даже показалось, что нож воткнулся девушке прямо в глотку и он затаил дыхание, ожидая что она свесит голову вниз и тогда ему придется встать и потянуть из кармана служебное удостоверение, но девушка снова улыбнулась своей ослепительной улыбкой и детектив только головой покачал – вот ведь искусники, циркачи чертовы, дурят наш народ. Гвоздем программы был конечно же сам граф Дракула, долговязый тип в черном плаще с красным подбоем и здоровенными клыками во рту, его борьба с Кинг-Конгом вылилась в десятиминутное шоу с могучими ударами и падениями, напоминающими американский рестлинг. Потом, после представления, они пошли кататься на аттракционах и Рудольф даже выиграл Саше розового плюшевого слоненка, набив в тире сорок очков. Саша покаталась на "Русских горках", на карусели и на огромной центрифуге, пока у нее не закружилась голова. Потом они прошли вдоль клеток с выставленными животными и Саша удивленно ахала и округляла глаза.

– Пойдем к клоунам?

– Они уже закончили выступление, дорогая.

– Пап! Ну, пожалуйста! Ну разок взглянем... тебе же можно?

– Хорошо. А кто тебе больше понравился из клоунов?

– Мне больше граф Дракула понравился. – ответила Саша: – он такой клевый.

– Он не клоун, доченька. Он просто артист.

– Папа!

– Понятно. Ладно, мы пойдем и подарим ему цветы. Но в девять ноль-ноль...

– Баиньки. Да, папа.

– Здравствуйте! – они откинули полог и шагнули в гримерку "графа Дракулы". Здесь был порядочный беспорядок, но это Виктора не удивило. Творческие люди, артисты, он понимал, хотя и не принимал этого. Удивили его то, что артист вздрогнул, когда они вошли. Виктор служил в полиции не первый десяток лет и он хорошо знал, когда вздрагивают подобным образом. Он улыбнулся и протянул графу букет цветов, стараясь встать так, чтобы прикрыть Сашеньку своим телом.

– Э, здравствуйте. – сказал "граф" хорошо поставленным баритоном.

– Мы решили спросить у вас автограф. Моя дочь была просто в восторге. – сказал Виктор, отдав букет артисту. Теперь у того была занята по крайней мере одна рука. Но что он скрывает тут, в этом фургоне?

– Да, конечно. Нет проблем. – "граф" быстро расписался на своей фотографии и протянул ее Сашеньке: – бери.

– А вы и вправду убили Кинг-Конга? – спросила Сашенька, получив фотографию.

– Нет, конечно. – улыбнулся тот и Виктор увидел клыки в рту. Еще не разгримировался, подумал он, почти полчаса прошло, а он еще не снял свои пластиковые клыки...