— Закурите? — предложил он, вытаскивая из кармана заляпанного комбинезона смятую пачку «LM».

— Спасибо, — сказала я, выуживая сигарету.

Он достал коробок спичек и дал мне прикурить. Сам он тоже закурил, и уже после трех глубоких затяжек от его сигареты осталась лишь половина.

— Тебе действительно нравится работать по ночам? — спросила я.

— Я не соня. А работа… ее ведь надо сделать, правда? Чтобы вам как можно скорее убраться из этого мотеля, мэм…

— Билли, я тебе уже говорила, что меня зовут не миссис Бакэн и не мэм… Я — Ханна, понятно?

Пытаясь подбодрить его, я протянула к нему руку. Но как только мои пальцы прикоснулись к его запястью, Билли поморщился и отдернул руку.

Я опешила:

— Извини, если я…

Он замотал головой, призывая меня больше ничего не говорить, потом сделал небольшой круг по комнате, глубоко затягиваясь сигаретой и пытаясь успокоиться. Я хотела что-то сказать, но почувствовала, что лучше промолчать. В следующую минуту он швырнул на пол окурок, закурил следующую сигарету и сказал:

— А теперь мне пора работать.

— Билли, я не хотела…

Он снова отчаянно махнул рукой.

— Мне надо работать, — повторил он.

— Хорошо-хорошо, — сказала я, хотя не видела в этом ничего хорошего, но решила, что лучше все-таки уйти. Так я и сделала. — До завтра, Билли.

Он отвернулся и промолчал.

На следующее утро я, с Джеффри в коляске, отправилась на квартиру. Было около одиннадцати, и Билли уже работал. Когда я вошла, Билли смущенно кивнул, спустился со стремянки, достал из кармана пачку сигарет и предложил мне закурить.

— Надеюсь, ты не всю ночь работал? — спросила я, когда он поднес спичку к моей сигарете.

— Да нет, конечно, — ответил он. — Пришел домой… ну, не знаю… светало уже.

— Но это, наверное, в половине седьмого. Четырех часов сна тебе явно недостаточно.

— Нет, четыре часа — это то, что нужно. Вам ведь надо выбираться из этого мотеля, и, если все пойдет нормально, вы сможете переехать сюда в следующий уик-энд.

— Это было бы здорово, но только не за счет твоего сна.

— Вам надо поговорить с Эстель Верн, — перебил он меня.

— С кем?

— Эстель Верн. Это наш городской библиотекарь, и ей нужна помощница.

— О… хорошо, — сказала я, несколько смутившись от такого поворота в нашем разговоре.

— Я рассказывал ей про вас, говорил, что вам очень нужна работа.

— А разве я тебе об этом говорила?

— Э… я не знаю… но вам ведь нужна работа, правда?

— Я не уверена… все-таки мне приходится целый день сидеть с Джеффри…

— Но мама Бетти Басс сможет за ним присматривать, пока вы в библиотеке…

Господи, в Пелхэме действительно ничего нельзя утаить.

— …и вам не стоит беспокоиться насчет мамы миссис Басс, у нее не самый чистый дом, но зато с детьми она очень хорошо обращается…

— Я сегодня же поговорю с мамой Бетти Басс, идет?

— А с Эстель Верн?

— Билли, ты прямо-таки взялся организовывать мою жизнь, — сказала я.

— Просто хочу, чтобы вы были счастливы здесь, мэм.

— Но я и так счастлива.

— Нет, это не так, — сказал он и затушил сигарету об пол. Потом он отвернулся от меня, взял свою кисть и продолжил работу, давая понять, что разговор окончен.

Я спустилась вниз, слегка озадаченная и смущенная. Зашла в кабинет врача. За стойкой администратора была медсестра Басс. Она кивнула мне и снова уткнулась в бумаги, буркнув:

— Доктор сейчас занят.

— Отлично, — сказала я. — Передайте ему, что я просто проходила мимо… ничего важного.

Я развернула коляску к выходу. Уже в дверях медсестра Басс окликнула меня:

— Вы устраиваетесь на работу в библиотеку?

Я выдавила из себя улыбку:

— Посмотрим.

Бывает так, что встретишь человека и понимаешь, что ты с ним на одной волне, и он сразу становится твоим другом. Так произошло у меня с Эстель Верн. Едва переступив порог публичной библиотеки Пелхэма, я почувствовала себя как дома.