Я посмотрел на Токарева.

– Она просила передать на словах, что ночью не было никакой крупной сделки. Угрюмый случайно обнаружил деньги на остановке общественного транспорта в вещевом мешке рядом с трупом бездомного бродяги…

– Не понимаю, о чем идет речь? – сконфуженно произнес я.

– Тоже ничего не понимаю, – признался Валерий Павлович. – Возможно, статья, вырезанная из областной газеты, что-нибудь вам прояснит? Гражданка Назарова взяла с меня слово, что я обязательно передам ее вам, причем лично в руки и при первом удобном случае.

– Одно из архангельских изданий. Скорее всего «Правда Севера», – мельком взглянув на измятый газетный лист, констатировал я.

– Как вы определили?

– У каждой газеты есть свой определенный шрифт. Для обывателя он не заметен, но для постоянного читателя даже незначительная разница сразу бросается в глаза.

Токарев понимающе кивнул головой.

– Мне ни в коем случае нельзя этого делать, – серьезным тоном предупредил Валерий Павлович, – но учитывая мое обещание, которое я дал женщине, и уважение к вашим боевым наградам, которых вы наверняка теперь будете лишены, даю пять минут. Разумеется, наручники останутся на ваших запястьях.

Посмотрев на аккуратно вырезанную статью, я сразу увидел громкое название: «Судьба пропавших миллионов до сих пор неизвестна».

Рискуя собственной репутацией и, возможно, своей должностью, Токарев любезно предоставил мне некоторое время. Я был искренне благодарен ему за проявленное благородство. Решив воспользоваться возможностью и более углубленно ознакомиться с этой статьей, я поспешно прочитал:

«В одной из квартир полуразрушенного жилого здания, где окна, по настоянию участкового, были забиты кровельным железом и где даже крысы прекратили свое существование ввиду отсутствия какого-либо пропитания, в тот вечер можно было услышать приглушенные голоса. Там, среди пыли и разрушенной мебели, оставшейся после спившейся хозяйки, которую еще год назад нашли замерзшей возле мусорных баков, скрывались двое мужчин.

– Как видишь, Седой, я был прав! – сказал один из них, развалившись на заплесневелом матрасе. – Иногда полезно читать газеты.

Он положил руки под голову и, уставившись в потолок, о чем-то задумался.

– Да, это ты здорово придумал, – согласился второй, неторопливо перекладывая из дипломата на грязный стол толстые пачки новеньких хрустящих купюр. – Я бы никогда не осмелился средь бела дня подойти к машине и выбить лобовое стекло. Если говорить по совести, то я до сих пор не верю в успех нашего дела. Ты, Ромка, просто гений.

– Видишь ли, – поучительным тоном произнес его товарищ, – я сначала не обращал внимания на криминальные новости, но потом стал их досконально изучать и пришел к выводу, что лишь малая часть преступлений бывает раскрыта. Пять минут страха, и мы проведем с тобой незабываемый год в настоящей роскоши.

– Этих денег хватит на всю оставшуюся жизнь!

– Если перебиваться на сухарях, то конечно… Меня такая жизнь не устраивает. Я же тебе говорил, что сегодня Луна в Скорпионе. Это мой знак, и я хочу, чтобы мой риск был оправдан. Кстати… Ты пересчитал деньги?

– Здесь два миллиона двести тысяч, с точностью до одного доллара. Как в банке. Я никогда не видел столько валюты!

– Вспомни, как мне пришлось тебя уговаривать.

– Ты обещал сводить меня в баню. Ты, Ромка, хитрая бестия, знаешь, что я люблю попариться. Вши заели. Волосы хоть вилами расчесывай.

– Пожалуй, я отстегну тебе двести тысяч. Думаю, ты большего не заслуживаешь.

– Не обижай, Рома! Я рисковал не меньше твоего.

– Я выследил машину. Я отключил сигнализацию. Ты даже не смог разбить стекло. Деньги… и те не смог найти, а ведь они лежали на самом видном месте…

– Да, я не такой здоровый, как ты. Я хилый, и у меня не хватило сил поднять этот громоздкий булыжник. Но ведь если бы нас накрыли, то мы получили бы поровну, – плаксивым голосом произнес Седой. – Я тоже рожден под знаком Скорпиона. Я, как и ты, тоже хочу иметь много денег…

– Я не всегда был бомжем, – холодно ответил Роман. – Когда-то я преподавал астрономию. Любому человеку мог предсказать судьбу. Я знаю, что мужчины-Скорпионы бывают двух типов: один – прямой и открытый, сильный духом и волевой, второй – хитрый и лукавый, действующий из-за угла. Но ты не плачь! Я еще подумаю, может, накину тебе лишнюю сотню тысяч…

– Ты хочешь меня обидеть?

– Глупости! За тобой нужен глаз да глаз. Ты очень хитрая бестия. Ты сразу сообразил, что мое предложение выгодное, и наверняка просчитал своими извилинами, что в случае неудачи будешь привлечен к суду лишь как невольный свидетель. Именно поэтому ты и стекло не разбил. При минимуме риска ты намерен иметь максимум удовольствий.

– Конечно, в твоих словах есть доля правды, – поникшим голосом сказал Седой. – Но ведь я тоже Скорпион! Миллион долларов меня бы вполне устроил…