– Как доехали, как дорога? – вполне различимо донесся до нас голос хозяина дома. Людей в беседке мы уже не видели, зато их хорошо было слышно.

– Все хорошо, Джамалдин, все хорошо. И дома хорошо у нас, все здоровы, и пока всего хватает, – ответил ему другой человек.

Я удивился. Голос приезжего звучал явно неприязненно и сухо. Это заметил даже наш охранник. Он непроизвольно глянул на нас и опять отвернулся. Заметил эту неприязнь и хозяин.

– Объясни мне, в чем дело, Магомед, ты же знаешь, я не люблю, когда человек обижается на меня неизвестно за что, – попросил хозяин дома после некоторой паузы. Видимо, он раздумывал, стоит ли вести беседу в традиционном кавказском неторопливом стиле или сразу же перейти к делу.

Горячность чеченца выступила на первый план, и он не удержался. Голос его стал на полтона ниже и приобрел некоторую агрессивность.

– Мужчина не обижается, мужчина злится, – ответил вкрадчиво гость, и мне показалось, что он примеривается зубами к горлу родственника Удагова.

– И на что же ты злишься, дорогой? – Я даже представил, как усмехнулся хозяин. Тон его внезапно стал спокойным и даже ленивым. – Мы ведь обо всем договорились… Машины к тебе в Дагестан постоянно приходят?

– Приходят… – после секундной паузы нехотя ответил гость.

– Мы даже не требуем вовремя оплату за нефть, мы понимаем обстановку и не торопим. Мы с тобой хорошие знакомые и недавно продали тебе одну вышку, как ты и хотел. На что же ты злишься, Магомед?

Как мне показалось, приезжий смешался. В голосе хозяина была только искренность и правота уверенного в себе человека. Если он и врал, то очень талантливо.

– Разборка у них, – шепнул мне на ухо Артур, тоже внимательно слушавший разговор. Я с равнодушным видом кивнул.

– Пусть хоть поубивают друг друга, – ответил я ему тоже шепотом. – Нас это не касается.

Артур махнул рукой и тихо поднял бутылку с водой, которая лежала рядом.

– Я звонил тебе, когда мои люди выехали к тебе с деньгами? Они везли 880 000 тысяч долларов, плата за вышку. Звонил ведь, Джамалдин? – В вопросе дагестанца прозвучала явственная угроза.

– Звонил, Магомед… – медленно и задумчиво произнес хозяин дома. – Звонил. Только они еще не приехали, вот в чем дело, дорогой. Тебе сейчас придется поверить мне на слово. – Теперь такая же враждебность прозвучала и в ответе Джамалдина.

– Я тебе верю. Их нашли убитыми недалеко отсюда, и денег в машине не было. Вот поэтому они и не приехали к тебе, – проговорил дагестанец тихо.

В разговоре возникла пауза. А мы с Артуром уставились друг на друга. Я протянул руку и взял у него бутылку с водой. Почему-то в горле внезапно пересохло. Мой напарник задумчиво покачал головой и опустился на дно ямы. Я невольно последовал его примеру.

– Ты все понял? – еле слышно проговорил он мне на ухо, сидя на корточках.

Я кивнул.

– Теперь ясно, кто это был и откуда у них деньги. На нас они вряд ли подумают. Но все равно надо молчать, какой бы расклад ни вышел. Нас будут долго убивать в любом случае, отдадим мы доллары или нет.

Я еще раз кивнул и поднялся.

– Значит, Магомед, ты думаешь, что это я убил их?!

Теперь напрягать слух не требовалось. Хозяин повысил голос.

– Я не знаю, кто их убил! – так же громко ответил дагестанец. – Это случилось совсем рядом с твоим домом, и ты знал, что они везут деньги! Что мне теперь думать?! Я платить два раза не собираюсь! Я завтра выставляю своих людей на вышке и начинаю работать!

Последовала пауза, затем чеченец ответил:

– Подожди, не горячись, Магомед. А мне что делать? Может, ты сам не захотел платить и придумал всю эту историю? Ведь Мовлади спросит у меня, где деньги, он уже спрашивал. Что я ему скажу?.. И он мне поверит? Ведь речь идет о больших деньгах, Магомед!

Дагестанец был настроен решительно:

– Я не знаю, что ты скажешь Мовлади, это не мое дело. Ищи деньги сам, они у тебя в селе, а вокруг нет больше вооруженных людей, и они все тебе подчиняются!

– Так не пойдет, – опять после некоторой паузы проговорил неприязненно Джамалдин, и его охрана, стоявшая возле беседки, сразу напряглась и положила руки на рукоятки пистолетов. – Вышку ты не получишь, пока я не увижу плату за нее, – произнес зло чеченец.

– Я хорошо слышу и запомню это, Джамалдин, – улыбнулся ему в ответ дагестанец, повернул голову к своему напарнику, что-то сказал ему на своем языке, затем они быстро поднялись и вышли на тропинку.

Мы с Артуром посмотрели друг на друга, затем он подмигнул мне, пожал плечами и развел руками. Я фыркнул, оглянулся на беседку и зажал рот рукой. Нарушать задумчивое молчание Джамалдина, неподвижно сидящего за столом, на котором остывал чай, нам совсем не хотелось.