– Эй, я тебе не служу!

– …но я понятия не имею, отчего мы с ним вдруг разделились без ущерба друг для друга, – договорил грешник, не обращая внимания на возмущенный возглас золотого облака. – Фиоре, ты хоть сейчас-то можешь объяснить, что происходит?

– Я за этим и пришла, – ответила она, с трудом оторвав взгляд от его нового-старого лица, показавшегося вдруг довольно симпатичным. – Все объясню, только… сначала посмотри в глаза своему отражению.

– Да-да! – встрял дьюс. – Полюбуйся на свою смазливую физиономию!

Фиоре покраснела.

– Вот разболтался… – проворчал Теймар слегка смущенно и, поднявшись, подошел к зеркалу. – Смотрю, – сказал он через некоторое время. – Но ничего странного не вижу… Если не считать того, что я вообще не должен ничего видеть, поскольку грешники с дьюсами выше сорокового уровня в зеркалах не отражаются.

– Ничего не видишь? – растерянно переспросила Фиоре. Решительно, этой ночью все шло не так, как раньше. – А как же твой волк?

– Волк? Какой еще волк? – затараторил дьюс, подлетев прямо к ее носу, от чего у Фиоре голова пошла кругом. – Теймар, дружище, эта красивая девушка обладает одним весьма раздражающим качеством: она изъясняется загадками! Слушай, так мы далеко не продвинемся! Предлагаю поискать другого эйламца, более… э-э… толкового. Что скажешь? И ведь тут еще какие-то волки… я не люблю волков!

– Умолкни, – проговорил грешник и, подойдя к по-прежнему сидевшей на полу Фиоре, подал ей руку, помогая встать. Дьюс раза три облетел вокруг его головы, а потом завис над левым плечом, словно разросшийся до невообразимых размеров жук-светлячок. – Не продвинемся, ты сказал? По-моему, мы с первого шага угодили в такие дебри, в такую трясину, что лучше уж какое-то время потоптаться на месте… Я слушаю тебя. Где мы? Что со мной… – тут он впервые заметил ее новое платье и глаз на серебряной цепи, нахмурился и обеспокоенно покачал головой, – …что с нами произошло?

– Мы спим, как и весь город, – просто сказала Фиоре. – Это место называется навь.

– То есть все вокруг нереально?

– И да, и нет. Утром ты проснешься прежним грешником с золотыми глазами, а следующей ночью вновь станешь таким, как сейчас. И так без конца.

– Тогда я требую, чтобы утро не наступало! – встрял дьюс.

Теймар сердито махнул рукой, заставляя его молчать.

– Жизнь в нави кое в чем похожа на обычную, – продолжила Фиоре. – Если ты здесь умрешь, то умрешь по-настоящему. В остальном запомни одно несложное правило: ночью любое твое желание может исполниться… или же ты можешь встретить то, чего боишься больше всего на свете. Но что именно произойдет, выбираешь не ты.

– Почему?

– Потому что в нави никто из нас не принадлежит себе. – Глаза Теймара расширились от удивления, но он ничего не сказал. – Хочешь знать, как все начиналось? Семь лет назад весь город впервые уснул. Сон охватил не только людей, но и дьюсов… будто некая могущественная сила попросту перенесла Эйлам в другой мир, существующий по совершенно иным правилам. С тех пор каждую ночь мы попадаем сюда, в навь, а утром возвращаемся к привычной жизни. Как видишь, загадка спящих – лишь одна из множества. Ну что, все еще надеешься ее разгадать?

– Несомненно, – ответил грешник, но уверенности в его голосе поубавилось. – Рассказывай дальше! Эти дети, здесь они бодрствуют?

Она усмехнулась.

– Не угадал. Спят, как и днем.

– Очень любопытно… – пробормотал Теймар. – Пожалуй, мне и впрямь надо бы на них посмотреть. А что еще, кроме спящих дьюсов, отличает этот Эйлам от настоящего?

– Ну-у… – Фиоре помедлила, собираясь с духом. – Черная хозяйка.

– Кто? – удивленно спросил грешник, и в тот же миг…

…тьма.

…бездна.

…падение.

– Держи меня! – крикнула Фиоре, но их руки соприкоснулись только на мгновение. Головокружительный полет сквозь мрак должен был длиться порознь, если бы не дьюс: золотистое облако превратилось в цепкую змею-веревку, которая одним концом обхватила запястье Фиоре, а другим – Теймара. Правда, после столь самоотверженного поступка дьюс не удержался от очередной шуточки: резко уменьшив свою длину, он швырнул их навстречу друг другу.

Они оказались близко – слишком близко, почти как в ее сне.

– Она безраздельно властвует в ночном Эйламе, – заговорила Фиоре, пытаясь прогнать все мысли, кроме мыслей о Черной хозяйке и о том, что надо как можно скорее рассказать Теймару о нави все без утайки. – Награждает и наказывает по своему усмотрению, возносит на вершину и сбрасывает в пропасть… убивает. Никто не видел ее настоящего лица – только разные маски или лживые личины, не похожие ни на кого из живущих в городе людей. Ох, я даже не уверена, человек ли она! Ты сразу поймешь, когда она окажется рядом – ее присутствие ни с чем не перепутаешь. Будь осторожен, очень осторожен, потому что твоя жизнь в ее власти! И прости, прости меня за то, что я не предупредила тебя днем, – она сделала так, что ни один из живущих в городе не может его покинуть и не может рассказать чужестранцам правду…