— Генрук, что ли?

— Что ли, — сказал Тимофей. — Выходите! Вертолёт подан.

— Это наши! — разнёсся по кают-компании ликующий голос. — Они переоделись просто!

— Ур-ра-а!

— С вещами на выход! — крикнул Белый.

Толпа, очутившись в коридоре, угрожающе качнулась в сторону «интеров», и Тугарин-Змей пинками загнал Мейси, Каллегари и Ермакова в кают-компанию. Мазнул пальцем по блокиратору, и зелёный огонёк на двери мигнул, сменившись красным.

— Все в вертолёт!

«Полюсников» долго уговаривать не пришлось, они бегом отправились грузиться. Последним станцию покинул Сихали. Захлопнув за собою дверь, он подал знак Мирону, маячившему на входе в пилотскую кабину.

— Летим!

Антаркты, ещё недавно бурно радовавшиеся, стали обмякать от пережитого — они валились на сиденья без сил, и только квадратный Миха продолжал восторженно гудеть, пересказывая Илье свои приключения.

Моторы подняли вой повыше, и «Анатра» тяжело взлетела, снегом и копотью забрасывая бюст Ленина.

Полярников высадили на станции «Комсомольская», в тысяче с лишним километров от «Мирного». Два часа лёту.

И снова завертелись лопасти, снова загудел и задрожал огромный фюзеляж, внутри которого Сихали сам себе напоминал последний недоеденный леденец в жестяной банке.

Чтобы не ждать не гадать, чего да как, «полковник Тимофеев» решил заняться делом.

— Будем осваивать новую технику, — объявил он, храбро подходя к раскрытому боекостюму, и твёрдым голосом взывая: — Скаф! Команда ноль!

— Скафандр боевой автономный с мускульными усилениями и активным камуфляжем «Аргироаспид — А2 — С», — представился БК. — Производства системы предприятий ПО «Звезда», город Ижевск, Северо-Уральский регион, Российская Республика, Евразия.

— Статус!

— Не занят, — ответил скафандр. — Энергозапас в пределах нормы, все системы функционируют штатно.

Включился монитор, по цепочке зажглись индикаторы: «Энергия — 0,9», «Вооружение — 0,7», «Умножение силы», «Медблок», «Пищеблок»…

— Что стоим? — спросил Сихали товарищей, размышляя, не опозорится ли сам, впервые «примерив» на себе БК.

— Главное, чтобы костюмчик сидел, — ухмыльнулся Белый и полез в раскрытый скафандр.

Сосчитав до десяти, Тимофей запустил тестирование скафандра. Перевёл броню из режима ожидания в боевой режим. Активировал систему мышечных усилений. Проверил настройку. Выдохнул и спиною залез в БК. Сунул руки в бронерукава и сжал кулаки. Скафандр плавно закрылся, стало темно. Сихали выпятил подбородок, нажал им клавишу, пробормотал: «Звук».

По ушам ударили голоса, гул и дребезжание.

— Тише!

— Тише, тише, тише… — начал таять звук.

— Хватит.

— Режим нацеливания? — вкрадчиво спросил комп.

— Врубай.

Лицевая пластина осветилась, мигнула. Теперь Тимофей все слышал и всё видел. Монитор словно раздвинулся, открывая взгляду то, что творилось по бокам и сзади. Две линии прицела хищно ловили в перекрестье то Илью Харина, растерянно чесавшего в затылке, то Шурика Рыжего, уронившего самого себя в БК.

Сихали перевёл оружие на предохранитель и включил наручный излучатель.

— Цель поражена непрерывным разрядом, — бесстрастно прокомментировал компьютер. — Резерв — 2,5 секунды. Рекомендую перевести регулятор на импульсный режим.

«Работает!» — улыбнулся Браун и скомандовал вслух:

— Выход!

Боекостюм замер и раскрылся, выпуская «человека в футляре».

Фридомфайтеры понемногу осваивались, ковыляя в БК по просторному салону.

— Тренируйтесь, тренируйтесь давайте, — прикрикнул на них Сихали, с удобством устраиваясь на сиденье.

— А сам? — возмущённо крикнул Рыжий, выбираясь из упавшего скафандра.

— Разговорчики в строю! — цыкнул на него Тугарин-Змей.

Ершов, ворчливо рифмуя «авторитарный» с «тоталитарным», залез обратно в БК и попробовал подняться. С третьей попытки это у него получилось. А Сихали решил вздремнуть перед боем. Тренироваться было лень. Авось и так совладает с тяжёлой бронёй… «Устроим „интерам“ Цусиму!» — подумал он, закрывая глаза. И уснул.