И вот собралась верхушка обоих орденов обсуждать условия перемирия. Понятное дело, что столько лет вражды заставили их всерьез не доверять друг другу, потому были приняты всяческие меры безопасности. И самой главной мерой стало то, что встречу назначили на территории, где поблизости не было ни одного даже самого захудалого места силы, маги разом утратили большую часть своего могущества и были вынуждены полагаться лишь на собственный запас энергии, который даже у самых сильных был удручающе мал. Разумеется, у большинства из них имелось множество разнообразных боевых амулетов, под завязку заряженных магией, однако перед решающей встречей в целях безопасности пришлось расстаться и с амулетами. Руководство обоих орденов очень опасалось провокации, пойди что-то хоть чуть-чуть не так – и переговоры будут сорваны.

Получилось, что самые сильные маги оказались, по сути, беззащитны и были вынуждены полагаться лишь на охрану, среди которой в основном были обычные люди и неполноценные маги, те самые, кому не хватило силенок на место силы, однако хватает на мелкую, но опасную черную магию.

Что и стало ошибкой. Сама же охрана на своих хозяев и напала, когда они этого меньше всего ожидали. В основном среди них и были те, кто не хотел мира.

– Погоди-погоди, – прервала я рассказ. – Что за чушь?! Там же охраны с обеих сторон было полно, они что же, сговорились и напали на своих руководителей только для того, чтобы потом беспрепятственно воевать между собой?

– Я же говорил, это легенда, – усмехнулся в ответ на мое недоумение Лазарь. – Причем о любви, а не о войне, поэтичная и наполненная иносказаниями. Точные сведения из нее можно извлечь только путем тщательного анализа. А в оригинале звучало примерно так… – Он прикрыл глаза и процитировал: – «И те, кто возжелали не мира, но войны, подняли оружие против своих хозяев».

– Прямо так и написано?

– Примерно, – ответил дракон, – но это не точная цитата.

– Понятно. А драконы-то тут при чем?

– Все это лишь предыстория, история начинается потом. История о влюбленных магах, а не о войне, не забывай.

Почти все маги во время того нападения погибли. А те, кто не погиб, получили смертельное проклятие, двое магов, о которых эта история, тоже оказались в числе выживших, но обреченных. Он был уже почти при смерти, ему досталось больше, а она все же смогла пронести на эту встречу пару собственноручно сделанных амулетов. Они были не боевые, вероятно, потому их и удалось спрятать. Один ослабил проклятие, тем не менее не отклонив его полностью, второй позволил сбежать сквозь каменную стену, прихватив своего возлюбленного.

Далее шли слезные признания героев в любви друг к другу, и он прощался с ней, чувствуя скорую смерть и жалея о потраченном времени. Я поморщилась и попросила Лазаря это пропустить, мне интересны факты, а не страдания героев легенды. Насколько я понимаю, вариантов финала тут два: либо все кончится хорошо, либо все умрут.

Дракон посмеялся, но легко уступил моей просьбе, радует, что не стал цитировать дословно. Магичка была лучшим магом-теоретиком ордена. Не боец, но ученый и экспериментатор. Она чаще составляла новые заклинания для других, чем использовала их сама. В те времена, когда фамильяров еще не было, многие маги искали надежное средство защиты от проклятий. У нее тоже был свой проект, как и у многих, почти уже законченный. Для окончательной реализации не хватало последнего, но самого решающего шага. Был готов сложнейший артефакт, найдено место силы подходящей мощности и потрачено несколько лет на создание сложнейшего заклинания, которое можно использовать лишь один раз. Недоставало всего одного компонента – короткого, но мощного импульса энергии, который позволит соединить артефакт, заклинание и место силы в одно целое. И источником такой энергии мог стать черный ритуал. Добровольная жертва. Самая большая отдача. Вовсе не удивительно, что два обреченных мага решились на ритуальное самоубийство.

…Странно, чем больше рассказывает Лазарь, тем яснее я вижу картину произошедшего, не только легенду, а настоящую историю, словно все это происходило перед моими глазами. Дракон ли оказался таким хорошим рассказчиком, или у меня такая богатая фантазия, однако начало казаться, что вижу даже те детали, которых в рассказе Лазаря не могло быть.

Решение обреченных магов не было актом самопожертвования – трудно поверить, что такие люди стали бы жертвовать собой ради чьего-то гипотетического блага в будущем, скорей они использовали бы оставшееся время, чтобы попытаться спастись. Но это и была попытка, последняя соломинка, призрачный шанс, если не на жизнь, то хотя бы на подобие существования. Жаль, в легенде не говорится, знали они, что не просто умрут, а навсегда отдадут свои души артефакту? Или она лишь предполагала, а он ей просто поверил? Все равно у них не было никакого выбора.

Она убила сначала его, героическая женщина, человека, которого любила, если любила, конечно, а потом, завершая заклинание, – себя. Так в глубине гор, тогда еще не успевших стать Заповедником, появилась Драконья жемчужина, уникальный артефакт, намертво спаянный с питающим его местом силы двумя добровольно отданными жизнями крепче, чем стальными канатами.

А спустя три месяца из лаборатории, расположенной там же, в глубине гор, выбрались первые маленькие драконы. Ровно десять разноцветных созданий размером чуть поменьше кошки. Самые первые драконы. Среди людей в это время шла тотальная война орденов, впоследствии изменившая весь мир.

– Мощно, особенно если что-то подобное на самом деле было, – вздыхаю уважительно. Уже давно наступила ночь, и мы между делом устроились в чьем-то пустом домике в стороне от остальных. – Только непонятно, зачем сюда всю эту романтику приплели? По-моему, эта история об отчаянной попытке выжить в неспокойное время.

Дракон только крыльями развел.

– Чтобы легенда выглядела более красивой и героичной. А как все происходило на самом деле, определить уже трудно, неизвестно даже, кто придумал эту историю. Ведь согласно ей же очевидцев не было. Существует, правда, легенда, что время от времени эти двое магов выбираются из своей Жемчужины, становясь драконами, затем возвращаются, ведь они ее вечные пленники. Они же сами эту легенду и написали.