–Тем более, – понизил тон Тарас. И еще тише добавил: – Но и мне Костя тоже небезразличен.

–Это еще с чего вдруг?

–С того, что… – Тарас запнулся и закончил фразу с заметным раздражением: – Дети вообще не должны страдать. А тем более, расплачиваться за глупости взрослых.

–Ладно, – кивнула Галя. – И куда ты собираешься спрятать Костика? Может, предлагаешь взять его с собой к колдунам?

–Нет, – не отреагировал Тарас на Галино ерничанье. – Мы оставим его с моей мамой.

–С твоей мамой? Дикость! С чего это вдруг она согласится сидеть с моим сыном? Да и я не собираюсь доверять его чужому человеку.

–Она не чужая, – медленно и угрюмо сказал Тарас. – Она – моя мама.

–Да, но мне-то, не забывай, даже ты чужой, не то что она.

Тарас вдруг так переменился в лице, что Галя пожалела о своих словах. И мысленно надавала себе шлепков по языку. Ну зачем, действительно, выделываться? Неплохой же парень Тарас! Не виноват он в том, что случилось вчера. А сегодня и вовсе спас Костика. Да и ее тоже, если уж быть до конца справедливой. И ничего ведь и впрямь не случится, если Костя побудет два-три дня с его мамой. Ну не съест же она его, в конце концов!

–Хорошо, – решилась Галя. – Но если я увижу, что она…

–Все будет замечательно, – радостно перебил ее Тарас. – Вы понравитесь друг другу, вот увидишь!

Галя фыркнула, но промолчала. «Нужно мне больно ей нравиться, – подумала все же она. – Не свататься собираюсь». И тут же еще одна мысль выскочила вдруг откуда ни возьмись: «А почему, собственно, нет?.. Не потому ли я и психую на Тараса, что он мне…» Галя прикусила губу. Мысль, мелькнув хвостиком, юркнула в норку подсознания. Чтобы заглушить ее окончательно, Галя быстро спросила:

–А почему ехать нужно ночью?

Тарас неожиданно помрачнел.

–Я думал над нашими… странностями. Понимаешь, все эти потери памяти, появления непонятных желаний и порывов – все происходит наутро, после ночного сна. И мне кажется… только не спрашивай как!.. что нам внушают все это именно во сне. Мало того, наши действия и мысли тоже становятся известны противнику во время нашего сна. Возможно, я ошибаюсь. Но рисковать не стоит. Если мы ляжем сегодня спать, то неизвестно, что мы начнем воротить наутро.

–Но ведь если мы уснем в поезде, то, проснувшись, можем точно так же стать неадекватными, по твоей логике, – возразила Галя.

–Значит, не будем спать, – сказал Тарас. – Или будем спать по очереди. А потом тестировать друг друга вопросами или как там еще… Впрочем, я и один могу не спать.

–Ну-у… – протянула Галя. – Я с тобой, пожалуй, соглашусь. Лучше зря не рисковать, конечно.

–Так что поехали ко мне.

–Нет, сначала ко мне, – сказала Галя, заводя двигатель. – Мне ж собраться надо, переодеться, вещи Костика взять, документы наконец, деньги…

–Согласен, согласен, – замахал руками Тарас, отчего-то улыбаясь во весь рот.

И все-таки Тараса терзали сомнения. Непонятные, неосознанные, но все равно очень настойчивые. Часть из них можно было попытаться разрешить. Только слишком уж не хотелось говорить с Галей на эту тему.

Автомобиль подъезжал к городу, когда Тарас решился все же озвучить одну такую «заковыку».

–Галя, – сказал он. – Но ты же видела вчера ночью хозяина этих «Жигулей». И даже разговаривала с ним. Неужели ты не узнала бы мужа? Пусть и бывшего. Пусть и прошло три года.

–Три с половиной, – поправила Галя, не отрывая взгляда от дороги. – И видела я только глаза. В темном салоне. В щелочку. Ночью. И сказал он всего одну фразу.

–Но все-таки…

–Слушай, ну чего ты пристал? – вспыхнула вдруг Галя и на мгновение обернулась. – Сомневаешься?

–Будешь тут сомневаться, – буркнул Тарас. – Я не верю, что отец может убить ребенка.

Галя завозилась, полезла в карман джинсов, что-то бросила, не глядя, на заднее сиденье.

–На, убедись сам. Мне тоже интересно.

Тарас недоуменно уставился на серый пластиковый прямоугольник, лежащий на темно-вишневом бархате сиденья. До него не сразу дошло, что это всего лишь телефон, упавший клавишами вниз.

–А-а-а… – протянул Тарас, но Галя пояснила:

–Я звонила сегодня. Его жена сказала, что Роман в командировке в Питере. Но теперь-то понятно, что это за командировка.

–А если…

–Вот и позвони, – буркнула Галя. – Ее Анна зовут. Представишься другом, коллегой, собутыльником, кем еще там… Попросишь его телефон. Я не знаю. И мне она не скажет.