–Как он там? – все-таки всхлипнула она.

–Так ты позвони, – сказал Тарас. – А я пока узнаю, что там с автобусом.

Дозвониться удалось сразу. Ольга Михайловна была очень приветливой. Воодушевленно стала рассказывать, какой Костя самостоятельный, как он, проснувшись, сразу же пошел умываться и чистить зубы, как они завтракали, как играли потом в разные игры, которым научил ее Костик. Она бы рассказывала, наверное, еще долго, но, видимо, вспомнила, откуда звонит Галя, и, ойкнув, поинтересовалась наконец, как их дела.

Галя ответила, стараясь, чтобы голос не выдал беспокойства, что все у них тоже в порядке. Сидим вот, мол, на автостанции, автобуса ждем. Про внезапное «прозрение» Тараса она благоразумно промолчала. Да и сама Ольга Михайловна, что странно, не очень-то о своем Расике переживала. Поинтересовалась лишь, не продуло ли того в поезде, – и все. Даже трубку ему передать не попросила.

А вот Галя с Костиком поболтала немножко. Сердце ее сжималось от звуков родного голоса, но и облегчение она ощутила огромное. Костик был жив-здоров, и бабушка Оля ему очень понравилась. Еще Костя передал привет дяде Тарасу и сказал, что ему говорить уже некогда, потому что бабушка Оля скучает и ждет его, чтобы играть дальше.

Позвонила Галя и родителям. Еще вчера, забежав домой переодеться, она успокоила их, позвонила и сообщила, что нашла Костю живым и здоровым. Разумеется, без подробностей, обещав рассказать все при личной встрече. Мама захотела пообщаться с внуком, но вчера удалось отговориться тем, что Костя уже спит. Сейчас же Галя сочинила, что они поехали за город, на дачу к знакомым, и Костик гуляет во дворе. Судя по голосу, мама ей не очень поверила, но Галя сказала, что садится аккумулятор, а поскольку зарядного устройства у нее нет, она перезвонит, когда вернется. Скорее всего, не раньше, чем послезавтра. Ужасно стыдно врать родителям, но говорить, что она оставила сына у посторонней женщины, было бы просто нелепо.

Перед тем как отключиться, она выяснила еще, что родители чувствуют себя гораздо лучше, и более-менее успокоилась.

Не успела Галя убрать телефон, как вернулся Тарас.

–Нам повезло, – сказал он. – Автобус ходит три раза в неделю: во вторник, четверг и субботу. Сегодня же суббота?

–Ну да, – кивнула Галя. – А скоро он будет?

–Вроде как через полчаса. Но тут уж – как получится. Путь не близкий, да и дорога – одно название. Хорошо, дождей давно не было, а то и застрять где-нибудь в грязюке можно.

–А что, дорога не асфальтированная?

–Местами, – усмехнулся Тарас. – Незначительными.

–А далеко вообще ехать?

–Километров тридцать.

–Ну, это близко, за полчаса доберемся.

–Ты так уверена? – хмыкнул Тарас. – А я вот – не очень. Но все равно – не пешком идти.

–Да уж, – поделила Галя тридцать на пять, примерную скорость пешехода. – А то бы к вечеру лишь добрались.

–Если бы волки не съели.

–Волки? – побледнела Галя. – Тут есть волки?

–А как им не быть? Кругом леса – о-го-го какие. И волки есть, и медведи, и кабаны. Но не бойся, волки обычно лишь зимой на людей нападают, когда голодные, да и то в исключительных случаях.

–Не хочу быть этим исключением, – передернула плечами Галя.

–Не будешь, не бойся, – приобнял ее Тарас, и ей вдруг стало так спокойно и надежно, что она неожиданно положила голову ему на плечо.

А дорога и впрямь оказалась очень «российской», из тех самых, что одна из двух бед. Автобус мотало немилосердно. Галя стала опасаться, что ее желудок не выдержит такого испытания. Хорошо, что в поезде она почти ничего не ела – лишь налегала на кофе, да и дорога вдруг выровнялась, словно устыдившись своего непочтения к гостье.

Но теперь Галю стало клонить в сон. Да так, что справиться с потяжелевшими веками она не смогла, как ни пыталась. «А чего я, собственно, рыпаюсь?» – уже в полудреме подумала Галя и пристроила голову на плече Тараса.

Ему было так приятно ощущать на плече тяжесть Галиной головы, чувствовать кожей шеи прикосновение ее волос, что в животе стало щекотно от сладкой волны, прокатившейся от макушки до самых пяток.

Он готов был сидеть так сколько угодно и пожалел даже, что ехать осталось совсем немного. Вспомнив, что ждет его через каких-нибудь полчаса, Тарас помрачнел. Думать об этом не хотелось, но все-таки нужно что-то решать, приготовить хоть какой-нибудь план действий.

Ну хорошо, вот они выйдут – и что? Сразу направятся к колдуну? «Здравствуйте, дядя Матвей, а вот и мы. Берите нас тепленькими, делайте, что хотите. Но вообще-то мы вас сами убить собираемся. Вы не против?» Тьфу, какие глупости! Ну а как же поступить? Эх, была бы жива бабушка Лида!.. Стоп. Что там говорила Галя насчет отца? Якобы мама сказала, что после бабушкиной смерти отец поселился в ее доме? Но теперь погиб и сам отец. Стало быть, дом принадлежит ему, Тарасу? То есть он имеет полное моральное – пусть пока и не юридическое – право этот дом временно занять. Это уже легче. Можно будет и передохнуть, и собраться с мыслями, и нужное решение принять.